gulags_lv

Marksisma_ideoloģijas_iedvesmotie_noziegumi_pret_cilvēci._Jaunpienesumi_vietnei_http://lpra.vip.lv

Krievijā atvērts Solžeņicina muzejs

Krievijā Kislovodskā atvērts pirmais Solžeņicina muzejs

 Raksts krievu valodā. (Gugles tulkotājs atrodams šeit)

http://kavpolit.com/articles/solzhenitsyn_ot_istokov_k_slave-17140/

Солженицын: от истоков к славе

В Кисловодске, в дачном домике тети писателя, открыли первый в России музей Александра Исаевича
Информационно-культурный центр Музей Солженицына. Фото автора
Информационно-культурный центр Музей Солженицына. Фото автора

Светлана Болотникова Автор статьи

Споры о творчестве Александра Солженицына обычно уходят далеко за пределы литературы, в область истории. И именно там, в обстоятельствах жизни писателя до того, как он стал известным, следует искать истоки его убеждений и воззрений. Молодость Александра Исаевича отражена в первом в России музее его имени, открывшемся накануне в Кисловодске, в его любимый православный праздник Троицы. Там он родился и провел детские годы.

И критикам, и почитателям

Александра Солженицына в России воспринимают неоднозначно, особенно сейчас, когда резко обострился раскол между поклонниками СССР и его хулителями. Для первых Александр Исаевич – это автор книги «Архипелаг ГУЛАГ», которая нанесла серьезный удар по советской государственной системе и способствовала крушению страны. Для вторых – это смелый человек, не побоявшийся рассказать о черной стороне строителей светлого будущего.

Но чтобы лучше понять, что двигало им, когда он писал «Один день Ивана Денисовича» или «Архипелаг ГУЛАГ», надо знать его биографию, проникнуться духом эпохи, которая породила этого писателя.

Уроженцев Кисловодска, получивших Нобелевскую премию, больше нет, и нравится нам или нет, интерес к его творчеству – огромный

Такую возможность теперь предоставляет первый в России музей Александра Исаевича Солженицына, открытый накануне в Кисловодске, недалеко от «Дачи Шаляпина».

Двусторонняя витрина, которая символизирует крутые повороты в жизни писателя

Заведующий этим новым отделом Государственного литературного музея Александр Подольский так изложил корреспонденту КАВПОЛИТа свою позицию по отношению к писателю: «Я много мнений разных слышал и читал, такой Солженицын или не такой. Но, во-первых, он наш земляк. Во-вторых, уроженцев Кисловодска, получивших Нобелевскую премию, больше нет, и нравится нам или нет, интерес к его творчеству – огромный».

Заброшенный терем

Теремок с резной деревянной мансардой, в котором провел первые годы жизни Саша Солженицын, непросто найти в лабиринте почти вплотную окружающих его строений. В 90-е годы территория вокруг заброшенной старинной двухэтажной дачи была продана частной компании под строительство санатория, и сейчас к музею относится лишь небольшой дворик.

Родился будущий писатель не в этом здании. Родной дом его деда по материнской линии Захара Щербака снесли лет 40 назад. А эта дача принадлежала тете Солженицына Марии Гориной, сестре его матери. Здесь маленький Саша прожил с двух до шести лет с 1920 до 1924 года.

Когда Александр Исаевич посетил Кисловодск в 1994 году, дом пребывал в жалком состоянии. Перекрытия рухнули, лестница на второй этаж обвалилась. Писателю было больно смотреть на это запустение.

Дело техники

Только после смерти Солженицына в 2008 году началось восстановление историко-культурного памятника. Проект музея придумал художник-экспозиционер Юрий Решетников.

«Сохранившихся из этого дома предметов нет в принципе. Мы бы сказали неправду, если бы положили сюда вещи из его взрослой жизни, которые были никак не связаны с Кисловодском. Чтобы эффективно использовать маленькую площадь и обыграть тот момент, что здесь нет мемориальных вещей, Юрий Васильевич предложил сделать музей в жанре информационно-культурного центра, – рассказала корреспонденту КАВПОЛИТа Ольга Данильченко, руководитель дизайн-проекта музея после смерти Юрия Решетникова в 2012 году. –

Единственный зал музея

Мы просто создавали образ эпохи и человека, который существовал в эту эпоху. Поэтому у нас не было необходимости при сегодняшних технических возможностях пользоваться оригинальными документами и вещами. Мы использовали прямую печать на пластике. Она долговечна, нескоро выгорает».

На первом этаже музея только одна большая комната. Витрины с фотографиями, макетами и книгами оснащены «хитростями», которые позволяют виртуально расширить пространство. Можно включать звук и видеоролики, вращать некоторые витрины, использовать электронный информационный стол и проектор с большим экраном. В маленькой комнатке у главного входа расположен сенсорный экран, на котором можно смотреть фильмы об Александре Исаевиче и интервью с ним. Можно брать планшеты с наушниками и слушать экскурсионную лекцию о жизни Солженицына.

На втором этаже поместилась только комната для сотрудников и администрации. А в мансарде в будущем планируется устроить маленькую обсерваторию для школьников в память об уроках физики и астрономии, которые проводил для советских ребят Солженицын. Телескоп для этого уже приобретен, но пока стоит на втором этаже.

Телескоп в руках смотрителя музея

Создатели музея рассчитывают, что он станет многофункциональным. В нем можно проводить конференции, круглые столы, семинары, творческие вечера и камерные концерты.

«Оставь Россию навсегда»

Тон церемонии открытия музея задал народный артист России Александр Филиппенко, зачитав окончание повести «Один день Ивана Денисовича» о рутинной жизни советского зэка. Его мрачный посыл подхватил стихотворением Анны Ахматовой председатель комитета по культуре Госдумы, народный артист России Станислав Говорухин: «Мне голос был. Он звал утешно. // Он говорил: “Иди сюда, // Оставь свой край глухой и грешный. // Оставь Россию навсегда».

На фото Станислав Говорухин

Этот музей – это тоже возвращение великого писателя на Родину

По словам Станислава Сергеевича, Солженицын добровольно уезжать из страны не хотел. Его «вывезли в наручниках, впихнули в самолет и выслали из России». Но он всегда верил, что вернется обратно, и не просто книгами и памятью, а живым человеком. «Настолько у него была крепка духовная связь с родиной, что он даже помыслить не мог иного развития событий, что может умереть не на родине, – напомнил Говорухин. – И, конечно, вернулся живым, здоровым, полным сил, вернулся и книгами. И этот музей – это тоже возвращение великого писателя на Родину».

Когда-то одна из строк «Крохоток» Солженицына больно резанула Станислава Говорухина по сердцу: «Какое это мучительное чувство: испытывать позор за свою Родину». «Это так соответствовало в те годы моему настроению, моему пониманию того, что происходит в стране, – признался артист и депутат. – И вот я сегодня подумал, что Александру Исаевичу было бы приятно услышать, что сегодня я, по крайней мере, этого чувства позора за свою родину не испытываю».

Красные колеса кисловодских паровозов

Вдова Александра Исаевича Наталья Солженицына поблагодарила всех, кто участвовал в создании музея – от Юрия Решетникова до Владимира Путина, «который отдал такое распоряжение, буквально отойдя от гроба Александра Исаевича в 2008 году, когда приехал проститься с ним в Академию наук».

Александр Филиппенко и Наталья Солженицына перед торжественным открытием

В Кисловодске семейство Солженицыных, включая сына писателя Ермолая и внуков Ивана и Екатерину, чувствовали себя как дома, ведь из Ставропольского края происходят их предки и по линии Александра Исаевича, и по линии Натальи Дмитриевны.

Она вспоминает, как в 1994 году писатель сидел на лавочке возле обветшавшей дачи Гориной и делился детскими впечатлениями, которые впоследствии записал: «Первое и сразу очень яркое: залитая солнцем небольшая чистая угловая комната, посреди которой я лежу в кроватке с веревочной сеткой и помню, куда головой, и понимаю, какой хороший день, а мама подходит со стороны. Почему-то только этот день и момент только и остался от тысячи лежаний в этой кроватке».

«Эта кроватка стояла возле окна, где сейчас стоит пресса, – пояснила Наталья Соженицына. – Эта комната была перегорожена на несколько маленьких, и он мне рассказывал все это на скамеечке сидя у главного входа. Тогда здесь ничего не было построено, была большая площадь, как на той фотографии с кабриолетом».

Оркестр Северо-Кавказской государственной филармонии им. В.И. Сафонова под лестницей музея играет для гостей

Солженицын тогда вдруг осознал, что в подсознании всегда держал паровозный круг в Кисловодске, где локомотив менял свое направление на противоположное.

– А сейчас думаю: называя свои книги то кругом, то колесом, нисколько я не вспоминал о Кисловодске, а может быть, заложено оттуда? Может быть, все главные образы и закладываются в том возрасте? Уж во всяком случае, все эти поражающие красные колеса тогдашних паровозов, и еще много лет повидал их, живя близ железных дорог, и в их страшном давящем движении так врезались в детскую память. Первое же появление колеса в романе «Красное колесо» и есть такое, – зачитала Наталья Дмитриевна пока нигде не публиковавшиеся строки. Может быть, они попадут в тридцатитомное собрание сочинений писателя, которое, по словам директора Государственного литературного музея Дмитрия Бака, сейчас готовится к выходу.

На фото Дмитрий Бак

30-томное собрание сочинений писателя, по словам директора Государственного литературного музея Дмитрия Бака, сейчас готовится к выходу

Семья писателя перед открытием музея побывала на кладбище в Георгиевске, где была найдена могила матери писателя Таисии Захаровны Щербак. Сын Солженицына Ермолай заявил, что это не просто возвращение к корням после того, как революционные события «выкинули» из этих мест их родовую ветвь, но и восстановление святынь. Церковь Святого Пантелеймона, куда маленького Сашу дед носил на церковные праздники, долгое время использовали под склад, под спортзал, а при Хрущеве полностью разрушили. Сейчас ее заново возводят.

Владимир Аристархов на первом плане

Поздравления Солженицыным, жителям Кисловодска и всем почитателям писателя через своего заместителя Владимира Аристархова передал министр культуры России Владимир Мединский, напомнив о скором столетнем юбилее со дня рождения Александра Исаевича. В свою очередь директор Государственного литературного музея Дмитрий Бак зачитал приветствие советника президента России по культуре Владимира Толстого, по словам которого Солженицын «каждым написанным им словом, каждым поступком служил своему Отечеству».

«Отец лично воспринимал трудные главы нашей истории»

Мысли о России никогда не покидали писателя, даже когда он жил в США, в Вермонте, рассказал корреспонденту КАВПОЛИТа сын Александра Солженицына Ермолай:

«Отец старался сам и учил нас уплотнять время и использовать его максимально полезно. Он всегда был очень сфокусированным, глубоко заинтересованным в поиске путей развития России, переживал и лично воспринимал трудные главы нашей истории. Он и с нами часто обсуждал историю и текущие события в стране, в обществе, в мире. В детстве еженедельно мы проходили с ним не только уроки математики, астрономии, но и российской истории конца XIX – начала XX века.

Вообще тот факт, что мы выучили русский язык, проживая в Вермонте, – это результат целенаправленного желания родителей.

Солженицын 20 лет старался осознать, как мы попали в этот ужасный коммунистический век, и изложил свое понимание, как обустроить Россию

Конечно, в эмиграции он сильно скучал по России. Добровольно бы он не уехал. Его выслали. Условия для работы в Вермонте были хорошие. У него был широкий доступ к архивным материалам. У него было рабочее пространство, тишина, чтобы не отвлекаться. Это было хорошо, но он всегда стремился вернуться.

Он 20 лет без перерыва старался осознать, как же мы попали в этот ужасный коммунистический век, и изложил свое понимание, как нам обустроить Россию. Он хотел, чтобы она была сильной, свободной, прекрасной и богатой».

Интерактивный столик

“Я родился в гражданскую войну”

Отец и мать Солженицына

Ирина Кувалдина на фоне дачи Гориной в 20-х годах

Благочинный приходов Кисловодского церковного округа протоиерей Иоанн Знаменский, освятивший особняк Гориной в декабре 2014 года

ФОТО АВТОРА

Распечатать

June 2, 2015 Posted by | Krievija, piemiņa, PSRS | Leave a comment

Somu rakstniece : Politiķiem ir jābūt morāliem pilsoņiem

   Inga Žolude. 2015. gada 23. maijs. Diena.lv

“Neviens nesāks lasīt 500 lappušu garu Latvijas vēsturi un nenoliks to uz naktsskapīša pie savas gultas, ja vien šim cilvēkam nebūs ļoti specifiskas intereses,” ir pārliecināta slavenā somu rakstniece Sofi Oksanena

Sofi Oksanena atgādina kādu tēlu vai tēlu kombināciju no savām grāmatām – ar, iespējams, uz kājas uzvilktu līniju zem zeķubiksēm, nevis tajās iestrādātu vīli. Autore, kura izskatās drošāka uz skatuves, lasot aprakstošu un kritisku savas nācijas hroniku par identitāti un vēsturi. Autore, kura nebaidās pavaicāt citiem, ko viņi domā, kura nebaidās savās grāmatās rakstīt visu, kā bija – toreiz, kad nāca un pār pasauli uzgūla Otrais pasaules karš, kas savā iznīcībā nospieda tik daudzus igauņus, baltiešus un daudzus citus.

Sarunā aci pret aci zem pārdomāti performētā tēla ar krāšņu meikapu un frizūru atklājas tā pati spēcīgā doma, kas caurvij autores romānus, un varbūt autores vizuālais ietērps mēģina nosvērt līdzsvarā šīs neparasti uzdrīkstošās, spēcīgās sievietes vārdu smagās artilērijas radīto un izraisīto attīrīšanos… jo citādi par Sofi Oksanenu varētu teikt, ka viņa ir “azbesta sieviete”, ja vien šī metafora tik ļoti neatsauktos uz viņas kritizēto padomju reģistru. Daži viņu uzskata par vienu no spēcīgākajām balsīm vēsturiskajā naratīvā, kuru turklāt respektē.

Latviešu valodā ir izdoti trīs Sofi Oksanenas vēsturiskie romāni par Otrā pasaules kara ietekmi: Attīrīšanās (Jumava, 2011), Staļina govis (Jumava, 2013), Kad pazuda dūjas (Apgāds Zvaigzne ABC, 2015).

Šī ir trešā jūsu grāmata, kas iznāk latviešu valodā relatīvi īsā laika posmā. To var uzskatīt par zīmi, ka jūsu grāmatas ir atradušas savu lasītāju latviešu valodā. Kas varētu būt jūsu lasītājs Latvijā un pasaulē?

Es nezinu. Mans lasītāju loks ir ļoti plašs – jaunākie ir pusaudži, vecākajiem ir vairāk nekā simt gadu.

Esat Latvijā arī, lai piedalītos konferencē Starp patiesību un varu: rakstnieku dažādās lomas Eiropas vēsturē, un jūsu priekšlasījuma tēma ir Lauva sprostā. Kas ir lauva, un kas ir sprosts?

Somija. Tas attiecas uz “finlandizāciju”, kas bija unikāla politiskā situācija, jo Somija bija neatkarīga, tā nebija Padomju Savienības okupēta, bet Somijai un PSRS bija savstarpējs sadarbības līgums, kas nozīmēja, ka Maskavai bija sava teikšana. Piemēram, mūsu ārlietu politika nebija suverēnas valsts ārlietu politika, jo mums bija nepieciešams iegūt Maskavas akceptu. Tas ietekmēja sabiedrisko dzīvi, runas brīvību, presi. “Finlandizācija” nozīmē vājākas valsts pozīciju attiecībā pret valsti, kurai pār to ir ietekme. Padomju Savienībai tas bija veiksmes stāsts, jo tas bija parādes piemērs un pierādījums, ka Padomju Savienībai var būt draudzīgas attiecības ar kaimiņvalsti. Somijai tā nebija pozitīva pieredze, jo tas ietekmēja, piemēram, arī skolu vēstures mācību grāmatas, kurām bija jābūt Padomju Savienībai draudzīgām, un jūs zināt, ko tas nozīmē! Tāpēc tagad Ukrainas gadījuma kontekstā ir ļoti dīvaini dzirdēt ārlietu diplomātus un viedokļu līderus, piemēram, Aleksandru Duginu, kas rekomendē “finlandizāciju” visai Eiropai, bet, manuprāt, nav pat jāsaka, ka tā nav rekomendējama nevienam.

Tātad varētu teikt, ka Somija ir tā lauva un Krievijas ietekme ir sprosts?

Kāda ir situācija šobrīd?

Tā ir diezgan pretrunīga. Ir aiza starp paaudzēm, jo jaunākā paaudze nesaprot finlandizētās pasaules retoriku, bet ir arī vecākā paaudze, kas ir pasākusi lietot finlandizācijai raksturīgo leksiku attiecībā uz Krieviju. Somija veic dažādus pasākumus, kas no ārpuses var izskatīties pēc finlandizācijas, piemēram, daži somu politiķi neatbalstīja sankcijas, turpretī Somijas iedzīvotāji atbalsta sankcijas, bet politiķi ir politiķi… Pēc PSRS sabrukšanas vairāk uzmanības tiek pievērsts biznesam Krievijā, nevis rietumvalstīs, ir ļoti daudz darījumu ar Krieviju, Krievijas tūristu pieplūdums ir ļoti liels, tas ir ekonomiskas dabas jautājums. Diemžēl.

Jūsu darbos uzsvērtās vēsturiskās un ģeopolitiskās dimensijas runā pašas par sevi, jūs arī aktīvi piedalāties dialogā ar sabiedrību ārpus literatūras, arī šajā konferencē par rakstnieka un varas attiecībām, – kāda, jūsuprāt, ir rakstnieka loma – vai rakstnieks tikai rada literatūru, vai viņš ir vai viņam vajadzētu būt aktīvai un rosinošai sabiedrības balsij?

Rakstnieki ir indivīdi, katram ir savs stāsts, ko pastāstīt, tāpēc nevarētu teikt, ka autoram ir kāda viena loma. Taču, vēsturiski skatoties, autori vienmēr ir pievērsuši uzmanību jautājumiem, kuri nav uzskatīti, piemēram, par politkorektiem vai kuriem netiek pievērsta uzmanība, vai jautājumiem, kuriem trūkst publiskās diskusijas. Šādā ziņā autors var būt sabiedrības apziņa, vai arī autors var piedāvāt telpu, kurā var diskutēt par problemātiskiem jautājumiem.

Bet ja runājam konkrēti par jums kā autori?

Autori var būt arī žurnālisti, taču tam par iemeslu bieži vien ir tas, ka finansiāli ir grūti pārtikt tikai no rakstīšanas, tāpēc ir jāpelna sava iztika arī citos veidos. Rakstnieki var būt arī mācībspēki. Es rakstu par neseno pagātni un lasu par neseno pagātni, pētu tēmas un problēmas, kas saistītas ar neseno pagātni, tāpēc ir dabiski, ka es par to varu runāt arī ārpus literatūras.

Tad jūs uzskatāt publisko dialogu par daļu no savas profesionālās rakstniecības?

Jā, tā varētu teikt.

Jūsu jaunākajā latviešu valodā tulkotajā grāmatā Kad pazuda dūjas ir negatīvais tēls, vārdā Edgars Partss, kurš grāmatas beigās – sešdesmitajos gados – kļūst par “rakstnieku”, protams, viņš nav rakstnieks, kā mēs to izprotam, – viņš pārraksta vēsturi, un literatūra kļūst par ideoloģisku līdzekli, lai pārrakstītu vēsturisko naratīvu vai pagrieztu to pretējā izpratnes virzienā. Kā jūs lūkojaties uz šo fenomenu? Romānā ir arī pilnīgi pretējs piemērs – aizliegtais dzejnieks, kurš iemieso pretošanos, kurš piedalās grāmatu pārfotografēšanā un slepenā nodošanā citiem.

Igaunijā pēc PSRS sabrukuma ir izdots ļoti daudz biogrāfiju, memuāru un dokumentālās prozas, un var teikt, ka mums jau ir izveidojies deportācijas un emigrācijas stāstu korpuss jeb kanons. Bet tā pārsvarā nav daiļliteratūra. Kad es šo literāro ainu salīdzinu ar Somiju – somi turpretī ir sajūsmā par vēsturiskajiem romāniem, viņus tik daudz neinteresē memuāri vai biogrāfijas, bet vērtība ir vēsturiskais romāns. Lai gan mums jau ir uzrakstīti galvenie stāsti, kolaboracionisti, piemēram, nekad neraksta savas biogrāfijas, tāpat čekas aģenti vai saistītie ar čeku, vai informatori. Tas nozīmē, ka mums trūkst šo cilvēku stāstu, un tas ir tas, ko literatūra var darīt, tāpēc es izvēlējos šo tēlu. Nav tik daudz Valsts drošības komitejas (VDK) aģentu, par kuriem mēs zinātu. Man šķiet, ka mums būtu jāzina vairāk par šiem cilvēkiem, kas sadarbojās. Mums vajadzētu saprast viņu motīvus. Tas nenozīmē, ka mums tie ir jāpieņem, bet jāsaprot, kā persona, kas ir kolaboracionists, domā, jāsaprot psiholoģiskais portrets. Interesanti, ka daudzi no tiem, kuri iesaistījās sadarbībā ar VDK, nāca no kaut kādā ziņā nestabilām ģimenēm vai bērnunamiem vai uzskatīja, ka ar viņiem apejas kaut kādā mērā nepienācīgi. Tas attiecas arī uz mūsdienu pasauli, kad mēs domājam par imigrantiem vai krievvalodīgajiem Baltijas valstīs. Radikāli noskaņots un tāds, kas nodos valsti, kurā dzīvo, visdrīzāk būs tas, kurš uzskatīs, ka attieksme pret viņu ir kaut kādā ziņā neatbilstoša. Tas attiecas ne tikai uz Baltijas valstīm, tādā veidā rodas arī radikālie islāmisti vai tie, kuri izjūt dusmas pret valsti, kurā dzīvo. Tāpēc, manuprāt, šo motīvu izpratne mūsdienās ir arī jautājums par drošību. Ja mēs necentīsimies novērst segregāciju vai uzskatīsim imigrantus ne tikai par otršķirīgiem, bet pat trešās pakāpes pilsoņiem, tas radīs augsni neapmierinātībai. Tas ir arī Edgara tēla fons. Pateicoties jaunajai vēsturnieku paaudzei, uzgāju informāciju par tiem cilvēkiem, kuri Padomju Savienībā rakstīja propagandu, un mani pārsteidza, ka patiešām tik daudz cilvēku bija strādājuši vācu un padomju “drošībā”. Bērnībā man šķita, ka visi, kas bija saistīti ar nacismu, tika nogalināti, bet izskatās, ka dažiem cilvēkiem bijušas iemaņas, kas vienmēr ir bijušas godā. Nav nozīmes, kas ir pie varas, Edgars vienmēr pamanīsies ielīst siltā vietiņā.

Arhīvu atvēršana zināmā mērā arī varētu ietekmēt “pienācīgas attieksmes” maiņu, jo, nonākot atklātībā informācijai par kolaboracionismu, šie cilvēki visdrīzāk tiktu sabiedrībā sodīti. Vismaz šis iemesls tiek minēts kā viens no argumentiem arhīvu atvēršanas novilcināšanai Latvijā.

Kamēr tie nav atvērti, tie dod Krievijai iespējas, jo krieviem ir informācija, kas ļauj šantažēt šos cilvēkus, kuri ir strādājuši režīma labā. Tāpēc var teikt, ka visas valstis, kas arhīvus neatver, dod ieroci Krievijai. Tas ir arī jautājums par lustrāciju. Protams, cilvēkiem vienmēr ir bailes no raganu medībām, taču tas nav godīgi pret upuriem vai represētajiem. Es negaidu, ka visi tiks apcietināti, taču būtu jānāk klajā vismaz ar morālu paziņojumu. Būtu labi saprast, kāpēc kāds tā rīkojies. Ir cilvēciski iemesli – šantāža vai kāds grib, lai bērni mācās universitātē. Bet ir taču cilvēki, kas to darīja tikai sava labuma dēļ. Un mēs vēl joprojām nezinām, cik daudzi no viņiem ir aktīvi politikā, varas pozīcijās, ietekmīgos amatos. To mums pilnīgi noteikti vajadzētu zināt. Es nesagaidu to par katru indivīdu, kuram nav ietekmes valsts lietās, bet par politiķiem, administrāciju, valdību un arī skolotājiem. Tie, kas bija bijuši Stasi (saīsinājums no Staatssicherheit – valsts drošība vācu val. – red.), nevarēja strādāt par skolotājiem, jo ir nozīme tam, kas māca vēsturi. Šādā aspektā izmeklēšana attiecībā uz skolotājiem ir ieguldījums nākotnē. Tāpat – ja kāds pretendē uz prezidenta amatu, sabiedrībai pilnīgi noteikti ir tiesības zināt, vai viņš/viņa ir bijis kolaboracionists. Kā jau teicu, tas ir jautājums par drošību, jo, ja pagātne ir netīra un Krievija to zina, protams, tā to izmantos. Ja indivīds ir darījis trakas lietas saprotamu iemeslu dēļ, es nedomāju, ka tam būtu jāpieliek punkts šā cilvēka karjerai. Taču politiķiem ir jābūt morāliem pilsoņiem.

Jūs runājāt par cilvēciskajiem iemesliem vai par savu paša labumu, taču šis tēls – Edgars – strādā gan fašistiskā, gan padomju režīma labā un nodod savus biedrus it kā bez iemesla, viņš vienkārši ir tāda veida personība. Kāds tad ir viņa paša labums?

Jā, tas tiesa. Piemēram, mans vectēvs bija mežabrāļos, savukārt viņa brālis piedalījās deportācijās, un viņš nebija labs cilvēks, viņš bija mobilizēts padomju armijā un bija Lielā Tēvijas kara veterāns. Es viņu atceros, un tajā laikā viņš nekad neatklājās un neteica neko, kas padarītu viņa rīcību saprotamu. Cilvēki, kas viņu pazina, teica, ka pēc atgriešanās viņš vairs nav bijis tas pats cilvēks. Karš pārvērš cilvēkus. Bet kā pusaudzis viņš brīvprātīgi pieteicās cīņās Ziemas karā Somijā. Tātad fakts, ka viņš Somijas karos karoja pret Padomju Savienību un vēlāk viņa biedri tika deportēti, taču viņš ne, nozīmē, ka Padomju Savienībai būtu bijis pamatots iemesls viņu šantažēt. Un būtu saprotami, ka, lai glābtu sevi, viņš sācis deportēt citus. Taču, protams, ne visi cilvēki tā darītu. Ir neiespējami skaidri zināt, kāpēc viņš tā rīkojās. Tā kā viņš piedalījās izsūtīšanā, viņš varēja glābt savus ģimenes locekļus, brīdināt, bet viņš to nedarīja, viņš to nedarīja.

Savā runā konferencē Totalitārisma mantojums mūsdienās apmēram pirms gada Čehijas parlamentā teicāt, ka bieži vien cilvēku pieredze netiek uztverta kā “reālais” vēsturiskais naratīvs, bet gan tikai kā subjektīva pieredze. Savā ziņā arī grāmatās jūs runājat par lielajiem jautājumiem – Otro pasaules karu un okupāciju – ar savu tēlu subjektīvās pieredzes palīdzību. Vai domājat, ka ir kāds cits veids, kā to stāstīt?

Filmas. Arī filmām, tāpat kā grāmatām, ir nepieciešami fona vēsturiskie pētījumi. Taču no cilvēkiem nevar gaidīt, ka viņi lasīs vēstures grāmatas, jo viņi vēlas, lai tas tiek pasniegts atraktīvā veidā. Uzziņu un dokumentālā literatūra reti tāda ir. Grāmatas tādas var būt, ja ir ļoti labi uzrakstītas. Neviens nesāks lasīt 500 lappušu garu Latvijas vēsturi un nenoliks to uz naktsskapīša pie savas gultas, ja vien šim cilvēkam nebūs ļoti specifiskas intereses. Vairāk cilvēku un lasītāju var uzrunāt, ja uzrakstītais stāsts ir laba lasāmviela, bet es ticu arī personiska stāsta ietekmei. Tā kā tā ir daiļliteratūra, daudz vieglāk ir identificēties ar vienu tēlu, jo cilvēki nav spējīgi identificēties ar 10 000 mirušo, mums tas vienkārši nav pa spēkam. Individuālos stāstos ir iespējams identificēties un redzēt pasauli ar viena tēla acīm, viena cilvēka acīm. Tas padara visu saprotamāku, jo skaitļi neaizkustina – dzirdot šausmīgas ziņas, mēs varam būt šokēti, bet tas īstenībā tevi neaizkustina un nemaina. Lai par kādām šausmām mēs dzirdētu ziņās, tās tomēr ir distancētas.

Vai jums šķiet, ka šāds atraktīvs veids, kā par to runāt, ir veids, kā Rietumiem pavēstīt par vēstures notikumiem, kas viņiem nav tik labi zināmi? Vai Rietumiem ir pietiekami daudz šādas informācijas, vai tai jābūt vairāk?

Jā, tas ir labs veids. Šādai informācijai jābūt vairāk. Kad domājam par cilvēkiem Rietumu valstīs, vienīgā informācija, kas viņiem ir par Krieviju vai Padomju Savienību, ir aukstais karš un spiegu karš, kas īsti neko neatspoguļo. Cilvēki tik daudz zina par holokaustu vienkārši tāpēc, ka ir tāds Šindlera saraksts, kas līdzās daudzām citām veiksmīgām Holivudas filmām ne tikai izstāsta labu stāstu, bet ir arī laba filma pati par sevi. Padomājiet arī par autoru skaitu, kas raksta par holokaustu, – tā jau ir otrā vai pat trešā autoru paaudze. Šis žanrs ir ļoti plaši pārstāvēts. Bet ir jocīgi, kad es domāju, piemēram, par Somiju, – holokausta grāmatu skaits ir daudz lielāks par gulaga grāmatu skaitu.

Kā jūs to izskaidrotu?

Finlandizācijas laikā rakstīt par gulagu nedrīkstēja. Maigākā politiskajā klimatā piecdesmitajos gados somi, kas bija bijuši gulagā, sāka rakstīt memuārus, un tie kļuva ļoti populāri, bet piecdesmitos gadus atkal nomainīja striktāks laiks, un apstākļi bija diezgan nelabvēlīgi, lai rakstītu par gulagu, arī finlandizācijas dēļ mūsu skolu izglītība bija tāda, kāda bija… Tāpēc tas nebija galvenais stāsts, par kuru rakstīt. Salīdzinot holokaustu un gulagu, Somijā ir daudz vairāk gulagā cietušo, tomēr grāmatu mums ir vairāk par holokaustu, un mēs tās vairāk lasām, un vienkārši tāpēc mēs arī vairāk par to zinām. Būtu tikai dabiski, ja cilvēki gribētu vairāk uzzināt par saviem un savu ģimeņu stāstiem gulagā. Pēc PSRS sabrukšanas to ir vairāk, tomēr Somija sevi neuzskata par nāciju ar lielu gulagā bijušo un izdzīvojušo skaitu, tā nav daļa no nacionālā stāsta, lai gan tur bija diezgan daudz somu un bija daudz komunistu, kuriem šķita, ka dzīve būs labāka, un viņi nonāca Sibīrijā. Ir daudz personisko stāstu, bet tie netiek uzskatīti par somu nacionālās identitātes stāstiem.

Vai jums nešķiet, ka tas ir tāpēc, ka Vācija ir atzinusi savus nodarījumus cilvēcei, ir šis plašais vainas un sāpju diskurss, turpretī Krievija attiecībā uz padomju režīma nodarījumiem pret cilvēci to nav tik izteikti darījusi?

Tieši tā! Vācija šajā ziņā ir unikāla. Vācieši ir rādījuši piemēru, cik liels darbs jāiegulda, lai izprastu pagātni. Viņi necenšas neko noliegt, bet, protams, Krievija to nekad nedarīs – nē, mēs to negribam! –, jo tā redz, ko tas nozīmēja vāciešiem.

Jūsu trijās latviešu valodā tulkotajās grāmatās ir ļoti spēcīgi sieviešu tēli, kas ir diezgan neraksturīgi lielajiem vēsturiskajiem naratīviem, jo tie ir lielākoties patriarhāli un orientēti uz vīrieti. Kā jūs to izskaidrotu?

Attiecībā uz vēsturiskajiem vai Otrā pasaules kara naratīviem esmu vairāk ieinteresēta tajā, kas notika aiz frontes līnijas un kā karš ietekmēja sadzīvi. Ir daudz stāstu par mežabrāļiem un tiem, kas viņus atbalstīja, – sievietēm un bērniem –, un tie parasti netiek uzskatīti par tikpat svarīgiem kā stāsti par varoņiem, kas aktīvi cīnās. Bet ir taču arī citas pretošanās formas, jo arī mežabrāļu atbalstīšana vai pārtikas piegāde ir pretošanās.

Kāpēc ir svarīgi ļaut skanēt šīm sieviešu balsīm?

Tās ne tik daudz ir sieviešu balsis, ja runājam par šīm grāmatām…

Jūsu darbos lielie vēsturiskie un politiskie jautājumi ir cieši saistīti ar vardarbību pret cilvēci, vardarbību pret indivīdu un seksualitāti. Kā jūs izskaidrotu seksualitātes lomu un nozīmību šajā kontekstā?

Viena no Padomju Savienības sabrukšanas blaknēm bija cilvēku tirdzniecība. Tā, manuprāt, ir problēma, par kuru neviens toreiz nedomāja. Taču šāda problēma pilnīgi noteikti ir, un par to vajag runāt vairāk. Diemžēl Rietumu naratīvos cilvēktirdzniecības tēls Austrumeiropā vienmēr ir ļoti klišejisks, tāpēc tam obligāti jāvelta lielāka uzmanība.

Vai jūs sevi uzskatāt par vēsturisku romānu autori, un tā ir identitāte, ko vēlaties saglabāt literatūrā? Par ko jūs rakstītu, ja nerakstītu par vēsturi?

Grūti pateikt. Es mīlu vēsturi! Esmu pārliecināta, ka es vēl rakstīšu par vēsturi.

Rakstot šo romānu, esat pētījusi avotus – cik daudz romānā ir dokumentālu faktu, un cik lielā mērā tā ir fikcija?

Edgara tēlam ir vēsturisks prototips. Es parasti neizmantoju prototipus, šis ir izņēmums. Bija tāds vīrs, kurš arī rakstīja propagandu Padomju Savienībai, un viņš bija strādājis gan vāciešiem, gan krieviem. Man viņš šķita fascinējošs, jo viņš bija ļoti labs melis. Esmu redzējusi viņa fotogrāfiju, kuru viņš pats ir inscenējis. Viņš kaislīgi vēlējās kļūt par pilotu, jo mīlēja aviāciju, taču viņš nekad nekļuva par pilotu; viņš izlikās – pašportretā viņa krūtis rotā daudz goda medaļu, kuras savā starpā nav savietojamas, – franču, britu, vācu, padomju medaļas –, viņš gribēja, lai viņam to ir daudz. Viņam šī neiespējamā kombinācija, piesprausta pie vienām krūtīm, šķita pieņemama. Viņš radīja šo fotogrāfiju tā, lai viņam patiktu. Viņš izlikās, ka bijis Ļeņina pilots: sniedzot intervijas padomju radio, stāstīja, ka saticis Ļeņinu. Bet tas nav iespējams, jo gadi nesakrīt, viņš tolaik vēl bija mazulis. Taču tam nebija nozīmes, viņš vienkārši bija liels stāstnieks. Viņš tika atpazīts arī tiesā, kas norisinājās saistībā ar igauņiem, kuri palīdzējuši vāciešiem, tātad viņš bija daļa arī no tā. Es centos saprast, kāpēc viņš bija tāds cilvēks, kāds bija, kāpēc viņš jau bija piedzimis par meli, jo tāds viņš bija. Es klausījos viņa intervijas un lasīju viņa rakstus, kuri bija diezgan plaši tulkoti, un centos saprast – kāpēc, kāpēc jāizliekas par pilotu? Ja nu kāds viņu ieliktu lidmašīnā un liktu lidot?! Viņš to nevarētu! Lasot aviācijas vēsturi, sapratu, ka viņu tik lielā mērā nesaistīja lidmašīnas, cik viņš alka tikt apbrīnots, jo lidotāji tajos laikos bija kā superzvaigznes – cilvēki krāja kartītes ar viņu ģīmetnēm, pastmarkas. Es domāju, ka viņš tikai vēlējās, lai viņu apbrīno, mīl. Tas ir iemesls. Vēlme tikt pieņemtam, vēlme pēc slavas, apbrīnas. Tas, protams, sniedza viņam arī zināmas privilēģijas. Ir arī citu cilvēku dzīvesstāsti, kuri strādāja abām varām un kuri rakstīja propagandu, bet viņu dzīvesstāsti man nebija tik interesanti.

Kā jūs skaidrotu vēsturisko romānu, memuārliteratūras un dzīvesstāstu milzīgo popularitāti mūsdienās?

Cilvēki vēlas saprast savu pagātni. Pagāja kāds laiks, kamēr cilvēki sāka rakstīt par holokaustu, tas nenotika uzreiz. Ja domājam par Baltijas valstīm, pāris desmitgažu pēc Padomju Savienības sabrukuma, iespējams, ir labs brīdis, lai sāktu par to rakstīt, jo ir radusies neliela distance. Distancei ir jābūt. Mums tagad ir arī vairāk informācijas, ir vēsturiskie pētījumi, jo pirms divdesmit gadiem vēsturisko faktu nebija pietiekami, bija lielākoties atmiņa un grāmatas, kas balstītas uz atmiņu. Tagad arī ukraiņu pētnieki saka: kad mēs iegūstam informāciju no arhīviem, mēs iegūstam faktus, un tad mēs varam tos analizēt. Tātad tas nenotiek uzreiz.

Vai šie iemesli ir retrospektīvi – saprast savu pagātni – vai arī prospektīvi – nepieļaut tādas pašas kļūdas nākotnē?

Cilvēki vienmēr pieļauj tās pašas kļūdas. Bet mēs vismaz varam censties tās apturēt. Šobrīd vēl ir cilvēki, kas to atceras, vēl joprojām ir aculiecinieki, bet pēc piecdesmit gadiem viņu vairs nebūs, protams, bērni būs dzirdējusi šos stāstus, bet tā nebūs dzīvā atmiņa, tāpēc ir svarīgi uzlikt to visu uz papīra.

Lielākā daļa šo stāstu tiek tulkoti Rietumu lasītājiem – vai jums nešķiet, ka Rietumu sabiedrība, iespējams, jau ir izveidojusi apziņu attiecībā uz šiem jautājumiem un lietderīgāk šos stāstus būtu komunicēt bijušajai Padomju Savienībai? Ņemot vērā pēdējo gadu notikumus Ukrainā, mēs redzam, ka nekas daudz nav mainījies. Rietumi attiecībā uz šo konfliktu ir ļoti apdomīgi un diplomātiski, un jautājums ir – vai Rietumiem tiešām rūp tas, kas notiek Ukrainā?

Rietumi tam nebija gatavi. Rietumi bija gatavi demokrātiskai Krievijai, nevis nedemokrātiskai. Taču, vai Rietumiem tas rūp vai nerūp, pašlaik nav tik būtiski, jo ir ekonomiski un militāri iemesli – NATO pazaudēs savu ietekmi, ja tā kaut vienu reizi nespēs pasargāt kaut vienu savu dalībvalsti; tad arī pārējās dalībvalstis vairs nevarēs justies droši. Tas ir jautājums par pašapziņu, vērtību, tēlu. Tēls ir primārais, tam jābūt uzticamam. Kurš no sabiedrotajiem uzticēsies, ja…?! Tāpēc tas nav jautājums par “rūp vai nerūp”, viņiem nav izvēles. Mūsdienās viss ir stingri saistīts ar ekonomiku – ja valsts sagrūst, tas ietekmē visus pārējos. Turklāt neviena Rietumu valsts nevēlas vēl lielāku bēgļu pieplūdumu, un tas nozīmē, ka situācija jātur diezgan stabila.

Kāda tad nozīme šiem rakstnieku darbiem, ja tie neko neietekmē, jo viss ir ekonomiski un politiski noteikts?

Karš bieži vien ir karš starp tēliem. Mūsdienās informācija ir ierocis. Krievija to izmanto.

May 25, 2015 Posted by | grāmatas, PSRS, Vēsture | 1 Comment

Izsaka nožēlu, ka nav tiesāts staļinisms

Pazīstamais jurists M.Barščevskis izsaka nožēlu, ka nav noticis tiesas process pret staļinismu. Tā ir bijusi milzīga vēsturiska kļūda.
Raksts krievu valodā. (Gugles tulkotājs atrodams šeit)


​Известный юрист Михаил Барщевский сожалеет, что не было судебного процесса над сталинизмом

 http://goo.gl/S8VVYk

Известный юрист Михаил Барщевский считает исторической ошибкой то, что не было судебного процесса над сталинизмом. Свою точку зрения он высказал в эфире «Эха Москвы». Обсуждая нарастающую мощь образа Сталина в современной России Барщевский отметил сказал: «Была допущена в свое время колоссальная историческая ошибка. Не было судебного процесса над сталинизмом».

Он отметил, что тех судебных решений с отказом реабилитации сталинских палачей, оказалось недостаточно. «И даже сотни тысяч реабилитаций в отношении жертв сталинского режима – это не есть приговор типа Нюрнбергского процесса, типа Нюрнбергского приговора сталинскому режиму. При этом большинство людей не понимают», – отметил он.

Что касается распространенного сегодня утверждения, что Великая Отечественная война выиграна Сталиным, Барщевский замечает «война выиграна вопреки Сталину, а не благодаря Сталину».

«То, чего все хотят или многие хотят – твердой руки – это абсолютно необязательно связано с миллионами жертв в лагерях. Черчилль контролировал свою страну в те времена, когда Сталин, без политических репрессий, и он контролировал ее. И Рузвельт контролировал, если мы берем эту «большую тройку». И не было политических репрессий. Можно долго спорить о том, насколько мы были готовы к войне, не готовы к войне, насколько в этом виноват Сталин, но, если вы посмотрите и почитаете литературу или фильмы, которые созданы теми людьми, которые прошли войну, то вы увидите, сколько там антисталинизма. Это люди, которые в этой войне хлебнули на себе последствия сталинского управления», – напомнил юрист.

Напомним, споры вокруг образа Сталина, его роли в истории страны традиционно накаляются в канун Дня Победы. В этом году коммунисты в очередной раз предложили установить бюсты и памятники вождю в разных регионах страны. Противники сталинизма собирают подписи против этой инициативы. Накануне правозащитное общество «Мемориал», выступающее за законодательный запрет появления изображений Сталина в позитивном контексте, опубликовало ряд антисталинских плакатов.

Ева Рудион



Комментарии:
Но он наверное забыл, что есть люди, кто желает суда над Ельцинизмом, надо Горбачевизмом, да и пожалуй над Борщевизмом …
Вы по рассеянности путинизм забыли… Или это над вами в том числе суд будет?
Я ничего не забыл. Процесс уже пошёл.
Никто не забыт, ничто не забыто.
Да, процесс оправдания мерзости, вроде “безобидного” пакта Молотова-Рибентропа, “спасителя” – Сталина, “хероя войны” – Берии, не просто пошел, он идет полных ходом. Ведь ради рейтинга среди “обиженных и обездоленных” были вытащено на свет маргинальное дно, вроде оголтелого сталиниста Старикова и “театрального титана” Кургиняна.
Да, процесс очищения от мерзости перестройки и всех её театральных деятелей, клоунов и карабасовбарабасов действительно пошел

“На пути к войне

Наши либералы-ревизионисты охотно и громко говорят (кричат!) о Пакте Молотова – Риббентропа, из-за которого якобы и началась Вторая Мировая война. И очень тихо (если вообще вспоминают) – о том, как западные страны на протяжении 1930-х годов подыгрывали Гитлеру и тем войну провоцировали.

После прихода Гитлера к власти (1933) Европа очень спокойно стала относиться к тому, что Германия нарушает условия Версальского мира. А то и подталкивала её к нарушениям. Так, аншлюс Австрии был мягко одобрен Британией. И прошел (в марте 1938 года) без эксцессов: внятно протестовала только фашистская Италия. (Правда, и сама Австрия не сопротивлялась.)

При попустительстве западных стран Германия, опять же в нарушение Версальского мирного договора, начала вооружаться. Более того: Англия фактически узаконила этот процесс, заключив Англо-германское морское соглашение (1935). Никак не реагировали западные страны и на то, что Гитлер, начиная с 1933 года, творил с евреями (а то, что он творил с коммунистами, европейцев даже радовало).

Что уж там говорить о Мюнхенском соглашении, подписанном 30 сентября 1938 года премьером Британии Чемберленом, премьером Франции Даладье, премьером и дуче Италии Муссолини и рейхканцлером и фюрером Германии Гитлером! По этому соглашению Германии передавались Судетские области Чехословакии. Причем вопрос решался без участия Чехословакии. Советский Союз хотел было Чехословакии помочь, но воспротивилась Польша, через которую могла бы пройти Красная Армия.

Тогда же был подписан договор о ненападении между Великобританией и Германией. «Англии был предложен выбор между войной и бесчестием. Она выбрала бесчестие и получит войну», – заметил У. Черчилль. Франция такой договор подпишет чуть позже. А, скажем, Польша подписала первой, в 1934 году. Всё это называлось «политикой умиротворения».

Сталин договорился с Гитлером о разделе Восточной Европы между собой. В результате СССР “отошли” часть Польши, Литва, Латвия, Эстония, Бессарабия. Одна Финляндия не была полностью оккупирована, благодаря стойкости и мужеству финнов. Да. Европейцы не хотели воевать. Но весь “ужасный сговор” состоял в том, что страны-победители в Первой Мировой войне официально без всяких “секретных протоколов” передали Германии заселенные немцами области Чехословакии. Всё. Никто к Франции или Великобритании ничего не присоединил. Польше “пропустить” Красную Армия через свою территорию значило оказаться под советской оккупацией. Называется, пусти козла в огород. Дальнейший опыт со странами Балтии это подтвердил. Проблема в том, что вы с автором цитируемой вами статьи пытаетесь доказать, что сталинско-гитлеровский сговор не был преступлением, а лишь проявлением мудрости вашего любимого тов. Сталина, тогда как Мюнхенские соглашения, нерешительность властей были осуждены и во Франции, и в Великобритании еще в 1939-м году, и оценка эта не меняется вот уже семьдесят пять лет. Они сделали выводы, аншлюс Крыма так не оставят.
Честно говоря я в замешательстве. Я не понимаю что происходит. Кто-то явно неадекватен или невменяем. Как можно называть белое черным и наоборот? Я привел отрывок из статьи , где последовательно, ничего не привирая, рассказывается о начале Второй Мировой войне.
“Наши либералы-ревизионисты охотно и громко говорят (кричат!) о Пакте Молотова – Риббентропа, из-за которого якобы и началась Вторая Мировая война. И очень тихо (если вообще вспоминают) – о том, как западные страны на протяжении 1930-х годов подыгрывали Гитлеру и тем войну провоцировали.”
И опять 25-ть! Как это можно???
15 сентября 1938 года Чемберлен прибывает на встречу с Гитлером у города Берхтесгаден, в Баварских Альпах. Во время этой встречи фюрер сообщил, что хочет мира, но готов из-за чехословацкой проблемы и к войне. Однако войны можно избежать, если Великобритания согласится на передачу Судетской области Германии на основе права наций на самоопределение. Чемберлен с этим согласился. Чехословацкие войска подавляют путч СНП в Судетах, и Генлейн бежит в Германию.18 сентября в Лондоне прошли англо-французские консультации. Стороны пришли к соглашению, что территории, на которых проживает более 50 % немцев, должны отойти к Германии, и что Великобритания с Францией гарантируют новые границы Чехословакии.”
“20-21 сентября ” английский и французский посланники в Чехословакии заявили чехословацкому правительству, что в случае, если оно не примет англо-французских предложений, французское правительство «не выполнит договора» с Чехословакией. Также они сообщили следующее: «Если же чехи объединятся с русскими, война может принять характер крестового похода против большевиков.”
“В этот же день 21 сентября советский представитель заявил на пленуме Совета Лиги наций о необходимости срочных мер в поддержку Чехословакии, а также требования постановки в Лиге наций вопроса о германской агрессии. ”
“23 сентября чехословацкое правительство объявило всеобщую мобилизацию. Советское правительство делает заявление правительству Польши о том, что любая попытка последней оккупировать часть Чехословакии аннулирует договор о ненападении.”
“30 сентября между Великобританией и Германией была подписана декларация о взаимном ненападении; схожая декларация Германии и Франции была подписана чуть позже.”
“К примеру, заместитель министра иностранных дел Великобритании Кадоган записал в своем дневнике: «Премьер-министр (Чемберлен) заявил, что он скорее подаст в отставку, чем подпишет союз с Советами». Лозунг консерваторов в то время был: «Чтобы жила Британия, большевизм должен умереть”
“С другой стороны, 4 октября 1938 года французский посол в Москве Робер Кулондр отмечал, что мюнхенское соглашение «особенно сильно угрожает Советскому Союзу. После нейтрализации Чехословакии Германии открыт путь на юго-восток». Об этом же говорится и в дипломатических документах США, Франции, Германии, Италии, Польши и других стран”

“Польская элита уже мечтала о «крестовом походе» против СССР, так, польский посол во Франции сообщил американскому послу следующее: «Начинается религиозная война между фашизмом и большевизмом, и в случае оказания Советским Союзом помощи Чехословакии Польша готова к войне с СССР плечом к плечу с Германией. Польское правительство уверено в том, что в течение трех месяцев русские войска будут полностью разгромлены и Россия не будет более представлять собой даже подобия государства».

Прага не решилась на войну, 1 октября начинается отвод чехословацких вооружённых сил из спорных областей, уже 2 октября польские войска оккупировали Тешинскую область – операция получала название «Залужье». Это был развитый индустриальный район, где проживало 80 тыс. поляков, 120 тыс. чехов, тешинские предприятия в конце 1938 года дали более 40% выплавляемого в Польше чугуна и почти 47% стали. В Польше это событие было расценено как национальный успех – глава МИД Юзеф Бек был награжден высшим орденом государства, Белым орлом, получил звания почётного доктора Варшавского и Львовского университетов, а польская пресса усилила накал экспансионистских настроений в обществе.

В докладе 2-го отдела (разведывательный отдел) главного штаба Войска Польского (в декабре 1938 года) говорилось буквально следующее: «Расчленение России лежит в основе польской политики на Востоке… Поэтому наша возможная позиция будет сводиться к следующей формуле: кто будет принимать участие в разделе. Польша не должна остаться пассивной в этот замечательный исторический момент». Поэтому главная задача поляков состоит в том, чтобы заранее хорошо подготовиться к этому. Главная цель Польши – «ослабление и разгром России». 26 января 1939 года Юзеф Бек сообщит главе МИД Германии, что Польша будет претендовать на Советскую Украину и на выход в Чёрное море (всё по плану «Великой Польши» – от моря до моря). 4 марта 1939 года (в тот период, когда надо было усиленно готовиться к обороне с западных направлений) польское военное командование подготовило план войны с СССР – «Восток» («Всхуд»).

Это безумие прервал удар вермахта – 1 сентября 1939 года; Берлин решил, что в походе на Восток обойдётся и без Польши, её же территория должна войти в «жизненное пространство» возрождающейся Германской империи. Более мелкого хищника задавил более крупный.”

совок: ” Я привел отрывок из статьи , где последовательно, ничего не привирая, рассказывается о начале Второй Мировой войне.”
Но правда при этом решили не упоминать другой отрывок из этой же статьи госпожи Шохиной:
“Мы признаём свою историческую вину за секретный протокол и последующие за ним действия СССР.”
Правда как она признает это, следует из всего ее текста – все направлено на оправдание этого договора, мол дескать и другие заключали договора с Гитлером. А что, и к договорам Великобритании и Франции с Германией шли секретные договора о разделе сфер влияния?
Или упоминание про Мюнхенский сговор. Так еще Черчиль про этот сговор сказал: «Англии был предложен выбор между войной и бесчестием. Она выбрала бесчестие и получит войну». И за этот сговор правительство Британии в 1940 году было отправлено в отставку, а Деладье в итоге оказался в концлагере. Но главное, что ни в Британии, ни во Франции не пытаются оправдать “политику умиротворения”, в отличии от “страдальцев по великому совку и ежовым рукавицам”, которые только и делают, что оправдывают сталинско-гитлеровский сговор.
совок (из статьи Шохиной): “При попустительстве западных стран Германия, опять же в нарушение Версальского мирного договора, начала вооружаться.”
А что же товарищам сталинистам отказывает память про объекты “Томка”, “Кама”, “Липецк” – объекты, где проходили испытания военной техники и обучения военных кадров запрещенные Версальским договором?
Так что сталинкий СССР внес огромный вклад, в подготовке Германии ко Второй Мировой войне, и даже выступал союзником Германии на начальном этапе, но защитники усатого упорно пытаются отрицать это, пытаясь переложить всю вину только на Францию и Англию, которые не только признают, но и осуждают причастность тех своих правительств к становлению гитлеризма.
В сентябре 1939 Сталин и Гитлер поделили Польшу между собой в строгом соответствии с подписанными за неделю до начала Второй Мировой Войны секретными протоколами. В дальнейшем СССР опять же в строгом соответствии с протоколами, существование которых вплоть до краха совка власти упорно отрицали, прирезал себе страны Балтии и часть Финляндии. Ни Франции, ни Великобритании гласные открытые всем Мюнхенские соглашения никаких территориальных приобретений не принесли. Мало того. Эти договоренности, покрытые позором, получили свою оценку уже давным-давно. В 1939-м году. И в Польше аннексию чешских земель точно также осудили, а после войны все земли вернули. Сталин же ни пяди никому не отдал из того, что захватил в 1939-40-м в сговоре с Гитлером.
“Но правда при этом решили не упоминать другой отрывок из этой же статьи госпожи Шохиной:”(хантер)
А что, надо было всю статью перепечатать?
“Правда как она признает это, следует из всего ее текста – все направлено на оправдание этого договора, мол дескать и другие заключали договора с Гитлером. “(хантер)
ИМЕННО ТАК И ЕСТЬ!!! ДОШЛО???
СССР вынудили пойти на сделку с дьяволом. И СССР совершил эту сделку последним из ведущих европейских стран.И не нам, пигмеям, судить вершителей тогдашней истории. Сталин наверняка знал и понимал, что война неизбежна. Нужно было только оттянуть время, что бы подготовиться к ней и еще один очень важный момент – он стремился отдалить границу от врага. И финская война и прибалты и западные Беларусь и Украина – все это звенья одной цели. Отодвинуть границу, не дать свершиться “блицкригу”, сохранить жизни своих соотечественников.
Прекратите свой балаган! Они видите ли “осудили”то, что сделали! Нам легче от этого!!!???Нам кто вернет те жертвы, которые мы понесли от их преступлений?!

совок: “СССР вынудили пойти на сделку с дьяволом. И СССР совершил эту сделку последним из ведущих европейских стран.”

“В 1936 г. советская сторона предлагала Берлину подписание договора о ненападении. Предложение было отклонено на том основании, что между СССР и Германией нет общей границы. По словам руководителя сети советской разведки Вальтера Кривицкого, для демонстрации доброй воли со стороны Москвы, ему в декабре 1936 года было приказано ослабить разведывательную работу в Германии.
Так называемая «миссия Канделаки» продолжалась до 1937 года и закончилась неудачей: немецкая сторона по идеологическим и политическим соображениям не считала нужным идти на расширение связей с СССР.”
Вот почему “великий усатый хений” подписал договор с другим “усатым хением” последним – Адольфик не имел желание, а не Сталин, который как раз и рвался заключить договор с Гитлером вперед Англии и Франции.

совок: “Нам кто вернет те жертвы, которые мы понесли от их преступлений?!”
А кто нам вернет жертвы от сталинских преступлений? Но вам подобные даже осудить этого “усатого тактика и стратега” не желают, а встают грудью за этого палача! Даже пигмеями себя именуют.  Да не пигмеи вы – холопы!!!

“Отодвинуть границу”??? Так общей границы с Германией у СССР до 1939 года вовсе не было.

May 14, 2015 Posted by | Krievija, noziegumi pret cilvēci, PSRS, Staļins, Vēsture | Leave a comment

Masu slepkava

 Raksts par Staļinu, publicēts Time 1953.g. 16.martā

Raksts krievu valodā. (Gugles tulkotājs atrodams šeit)


Массовый убийца

И.В.Сталин, М.И.Калинин, К.Е.Ворошилов на I-м съезде колхозников

Cтатья опубликована 16 марта 1953 года в Time.

В 1931 году, когда Сталин проводил коллективизацию, безжалостно «ликвидируя» кулачество, он дал одно из редких интервью иностранцам. Его собеседниками были Джордж Бернард Шоу и леди Астор. Нэнси Астор (Nancy Astor), славившаяся своей прямотой, спросила: «Когда вы перестанете убивать людей?»

«Когда в этом отпадет необходимость, — ответил Сталин. — Надеюсь, скоро».

Через одиннадцать лет, в безотрадном военном сорок втором, в последний вечер перед отъездом Черчилля из Москвы, Сталин пригласил его к себе на квартиру выпить по рюмке. После аперитивов и импровизированного, но отменного ужина с превосходными винами, когда лед растаял, Черчилль завел беседу о кровавой «ликвидации кулачества». «Десять миллионов, — сказал Сталин, подняв руки с растопыренными короткими пальцами, — Страшное было время. Четыре года это длилось».

Иосиф Сталин так и не перестал убивать людей. В условиях режима, который он возглавлял, в этом всегда была необходимость. Он убивал до самой смерти. Убивал методично, словно говоря: ничего личного, простая неизбежность. Или личное все-таки было? Сталинское «озлобление, — писал Ленин, — … играет в политике … самую худую роль». Троцкий говорил: «Он — что-то вроде оппортуниста с бомбой». Впрочем, за пределами России многие интеллектуалы в те времена оправдывали это систематическое истребление, называя его необходимым первым шагом к коммунистическому раю на земле.

Невозмутимый и коварный

Оценки людей, имевших возможность откровенно высказать свое мнение о Сталине — встречавшихся с ним иностранцев, или порвавших с ним соотечественников — отличаются удивительным разнообразием. Американский бизнесмен Дональд Нельсон (Donald Nelson) — один из тех, кого закружил пьянящий водоворот лендлизовских поставок, считал, что Сталин — «простой парень, и кстати, очень дружелюбный». Леонид Серебряков, знавший его много лет, говорил: «Это самый мстительный человек на свете. Если он проживет достаточно долго, то доберется до каждого из нас — до всех, кто когда-либо задел его словом или действием». В 1937 году Сталин казнил Серебрякова — вместе с миллионами других. А Джозеф Дэвис (Joseph E. Davies) — американский посол в СССР в годы массовых чисток — в своих мемуарах «Миссия в Москву» (Mission to Moscow) восторженно писал: «У него карие глаза, необычайно добрый и кроткий взгляд. Любой ребенок захотел бы забраться к нему на колени».

Те, кто встречался со Сталиным, отмечают его привычку что-то машинально чертить — во время заседаний и интервью он рисовал в блокноте волков, девушек, замки, или писал слово «Ленин» — и говорят, что он производил впечатление невозмутимо спокойного человека. Но один из помощников Тито как-то видел его в ярости: «Он трясся от гнева, кричал, черты его лица исказились, он резко жестикулировал и осыпал бранью секретаря, а тот дрожал и бледнел, как будто с ним случился сердечный приступ». Биограф Сталина Борис Суварин пишет: «Это отвратительный персонаж . . . коварный, лукавый и вероломный, но одновременно грубый, вспыльчивый, и неумолимый. . .». Адмирал флота Уильям Д. Леги (William D. Leahy), встречавшийся со Сталиным на Тегеранской конференции, рассказывал: «До встречи с ним большинство из нас считало его главарем бандитской шайки, прорвавшимся на вершину власти. Но это впечатление было неверным. Мы сразу поняли, что имеем дело с чрезвычайно умным человеком…». А вот что говорит Черчилль: «Сталин произвел на меня впечатление человека с глубоким, холодным рассудком, полностью лишенного иллюзий». При этом британский премьер уточнил: «Он отлично умеет очаровывать — когда захочет…». Теперь послушаем Рузвельта: «В целом, я бы сказал, весьма впечатляющая личность».

Белый медведь

Сталин был невысок и некрасив. Встречавшихся с ним иностранцев всегда поражал его малый рост: по их прикидкам — порядка 5 футов 4 дюймов [160 сантиметров]. Его вес они оценивали в 150-190 фунтов. У него было смуглое лицо, порой приобретавшее желтоватый оттенок, слегка рябое — в детстве он переболел оспой. Волосы — сероватые и жесткие, как у барсука, усы седые. Выражение лица было обычно ироничным, редкая улыбка — мрачноватой. Смеялся он негромко, сдержанно, хрипловато, показывая при этом зубы — желтые и неровные.

Его левая рука была частично парализована, и в мороз он надевал на нее перчатку. На левой у него было два сросшихся пальца. Сталин был полноват, но двигался с неуловимой грацией белого медведя. Сложение у него было отнюдь не атлетическое, но Сталин производил впечатление человека гибкого и подвижного. В 1946 году во время застолья в Кремле, выпив с Тито на брудершафт, он воскликнул: «Сила у меня еще есть!», и, подхватив высокого югославского лидера под мышки, трижды приподнял его под аккомпанемент русской народной мелодии, которую играл патефон.

Путь наверх

Закалка его характера началась еще в юные годы — и не прекращалась всю его жизнь. Сталин родился 21 декабря 1879 года в скромной избушке (сейчас из нее сделали нечто вроде храма) в маленьком грузинском городке Гори. Всего в семье было четверо детей, но остальные трое умерли в младенчестве. Настоящее имя Сталина — Иосиф Виссарионович Джугашвили. Его отец-сапожник был алкоголиком; он безжалостно избивал Иосифа, а затем вообще бросил семью. Однако мать души не чаяла в своем сыне. «[Сосо] всегда вел себя хорошо … мне ни разу не приходилось его наказывать», — рассказывала она много лет спустя. Работая прачкой, она накопила достаточно денег, чтобы отправить его в церковно-приходскую школу, а затем в Тифлисскую духовную семинарию. Она хотела, чтобы сын стал священником.

Из семинарии его исключили за чтение революционной литературы. Иосиф вступил в подпольную социалистическую организацию. Он устроился на работу в Тифлисскую физическую обсерваторию; члены кружка собирались у него дома. Полиция провела обыск в его квартире при обсерватории, и молодой Джугашвили перешел на нелегальное положение, взяв себе первую подпольную кличку — Коба (что значит «неукротимый»). Он занялся агитацией среди тифлисских железнодорожников, призывая их бастовать, но вскоре его выследила царская полиция: Коба был арестован и выслан в Сибирь. Заочно его избрали в состав исполкома Кавказского союза социал-демократических организаций. Кобе исполнилось 23; его путь наверх начался.

Сибирь тогда была настоящим «революционным университетом». Коба внимательно следил за острой полемикой между правой (меньшевистской) и левой (большевистской) фракциями Социал-демократической партии, не спеша встать на чью-либо сторону. Кроме того, у него было достаточно времени, чтобы понаблюдать за другими ссыльными, и выявить их слабые стороны. Эта склонность к маневрированию, выжиданию показывает — его холодный, беспощадный образ мышления формировался. В октябре 1905 года в России вспыхнула революция, вызванная поражением в русско-японской войне 1904-1905 годах. Коба бежал из ссылки, преодолел сотни миль на крестьянской подводе, обморозился, но, в конце концов, добрался до Тифлиса. Там он женился на Екатерине Сванидзе, неграмотной молоденькой грузинке, которая родила ему сына Якова. Необычная ей выпала доля — быть женой агитатора.

Ленин руководил революцией из Женевы, Троцкий создавал первый Совет рабочих депутатов в Петербурге, а Коба в Грузии писал зажигательные памфлеты: «Россия — заряженное ружье с приподнятым курком, могущее разрядиться от малейшего сотрясения … Сплотимся вокруг партийных комитетов! …только партийные комитеты могут достойным образом руководить нами … наши комитеты должны сейчас же, немедленно приступить к вооружению народа на местах, … к организации районных групп для добывания оружия, к организации мастерских по изготовлению … взрывчатых веществ». Революция потерпела поражение, Троцкого сослали в Сибирь, молодая жена Кобы умерла от туберкулеза. Для «неукротимого» Кобы это было трудное время.

«Орел» и разочарование

Однако его публицистика привлекла внимание Ленина. В том же году молодой Джугашвили встретился со знаменитым вождем большевиков на партийной конференции в Финляндии. Тогда (как и сейчас), Ленин уже считался признанным божеством в пантеоне борцов за социальный прогресс, но на хладнокровного Джугашвили он поначалу не произвел впечатления. «Я надеялся увидеть, — писал он позднее, — горного орла нашей партии… Каково же было мое разочарование, когда я увидел самого обыкновенного человека, ниже среднего роста, ничем, буквально ничем не отличающегося от обыкновенных смертных».

Однако, послушав ленинские выступления, проникнутые бесстрастной, неумолимой логикой, Сталин стал его преданным учеником. Холодный и осторожный ум не мог не оценить ум холодный и блестящий. В партийной кассе не было ни гроша, и Кобе в качестве члена Кавказского бюро РСДРП (б) были поручены «экспроприации»: он руководил «боевыми группами», грабившими банки, казначейства, пароходы. Крупнейшей его добычей стала четверть миллиона рублей, похищенных во время налета на почтовую карету на главной площади Тифлиса. Среди арестованных после этого «экса» был и Литвинов, будущий Нарком иностранных дел: он пытался разменять награбленные деньги в Париже. Коба, хотя и попал в розыск, ухитрился остаться в тени. Он был террористом, но террористом-руководителем, действовавшим через «комитеты». Это была мера предосторожности — в его личной храбрости никто никогда не сомневался.

Вождь рабочих масс

Политика царского режима ужесточалась. Из следующих десяти лет семь Коба в общей сложности провел за решеткой. Между арестами он занимался мобилизацией рабочих на Бакинских нефтепромыслах: эти годы, как он впоследствии отмечал, «закалили меня, как практического борца… Я впервые узнал, что значит руководить большими массами рабочих». Именно тогда он взял себе кличку «Сталин».

В 1912 году молодой (тридцатитрехлетний) террорист побывал в Кракове, где Ленин, живя в эмиграции, пытался создать в России «твердое ядро», организацию профессиональных революционеров. Главе большевиков Сталин очень понравился: в письме Максиму Горькому Ленин назвал его «чудесным грузином». В Вене он познакомился с Троцким: тот отметил «вспышку злобы» в «желтых глазах» Сталина. В «Правде» (он был одним из ее основателей) Сталин писал: «Детский план Троцкого, призванный соединить несоединимое [большевиков и меньшевиков] показывает, что он … простой шумливый чемпион с фальшивыми мускулами». В 1913 году в Петербурге полиции стало известно, что Сталин будет присутствовать на концерте, организованном большевиками. Друзья попытались помочь ему выбраться из западни, переодев в женское пальто, но Сталин был арестован, и вновь — в шестой и последний раз — отправился в сибирскую ссылку.

Первая мировая война сломала хребет царского режима, в 1917 году вынесла на гребень недолговечное правительство Керенского, а затем привела к большевистскому перевороту. Сталин вернулся из Сибири, но во всех этих величайших событиях активного участия не принимал. Американский журналист Джон Рид (John Reed) даже не упомянул о нем в своей книге «Десять дней, которые потрясли мир» (Ten Days that Shook the World). Однако Сталин принадлежал к «внутреннему кругу», а потому стал одним из семи членов Политбюро большевистской партии и Наркомом по делам национальностей. Ленин шутил: «Там ума не требуется, поэтому мы поставили туда Сталина».

Война и женитьба

В ходе гражданской войны Троцкий — Нарком по военным делам и организатор Красной Армии — мгновенно приобрел всемирную известность. Сталин, руководивший обороной Царицына (позднее переименованного в Сталинград) постоянно враждовал с Троцким, а затем, в нарушение приказа, перенес военные действия на территорию его родной Грузии. В то жестокое время он женился второй раз, на красавице Надежде Аллилуевой, дочери петроградского рабочего, в чьем доме он некогда прятался и был арестован.

Смуглый грузин с буйной копной волос не мог проявить себя в блестящих ораторских состязаниях питерских интеллигентов-социалистов — дискуссиях, в которых принимали участие такие фигуры, как Нарком просвещения Луначарский, историк Покровский, автор биографии Маркса Рязанов. Сильный грузинский акцент мешал ему во время публичных выступлений. На вопрос, кто такой Сталин, Троцкий отрезал: «Самая выдающаяся посредственность в нашей партии». Однако Сталин целенаправленно работал «в комитетах». Его Наркомнац начинался с пустого стола в пустом кабинете, но вскоре там уже трудились сотни «спецов», а власть этого ведомства распространялась на 65 миллионов из 140-миллионного населения России.

В конце гражданской войны Ленин, решив изгнать из подчиненного ему аппарата враждебные, коррумпированные и ненадежные элементы, создал Наркомат рабоче-крестьянской инспекции (он занимался «чисткой» государственных структур) и Оргбюро (для «чистки» партии). Оба органа возглавил Иосиф Сталин. Вскоре он уже ведал всей текущей работой партии. В начале 1922 году специально для Сталина был учрежден пост Генерального секретаря ЦК. Этот титул его вполне устраивал: он звучал безобидно. Он всегда презирал внешнюю мишуру: эта должность практически открывала ему путь к всемогуществу, а для Сталина важна была именно практика.

Власть и известность

В мае у Ленина случился удар, а в конце года — еще один. Его место у руля заняла «тройка» — триумвират в составе Зиновьева, Каменева и Сталина. Троцкий уже понял, что Сталин незаметно прибирает власть к рукам, и это его тревожило. Ленин защищал Сталина и предупреждал об опасности раскола в партии. Он начал диктовать политическое завещание, в котором давал оценку своим возможным преемникам. Назвав Сталина и Троцкого «двумя выдающимися вождями современного ЦК», Ленин отмечал: «Тов. Сталин, сделавшись генсеком, сосредоточил в своих руках необъятную власть, и я не уверен, сумеет ли он всегда достаточно осторожно пользоваться этой властью… тов. Троцкий … человек … чрезмерно хватающий самоуверенностью и чрезмерным увлечением чисто административной стороной дела». Однако, переговорив с главой ЧК Дзержинским о положении дел в Рабкрине и Оргбюро, он добавил постскриптум: «Сталин … становится нетерпимым в должности генсека. Поэтому я предлагаю товарищам обдумать способ перемещения Сталина с этого места и назначить на это место другого человека, который … более терпим, более лоялен, более вежлив и более внимателен к товарищам, меньше капризности и т.д.». Через два месяца у Ленина произошел третий инсульт — он был парализован и лишился речи.

В беспощадной схватке за престолонаследие Сталин проявил свой расчетливый политический гений: терпение, чтобы дождаться подходящего момента, и умение нанести удар наверняка. Вместо того, чтобы напасть на Троцкого в лоб, он стал ему льстить, предложив, чтобы тот вместо Ленина сделал основной доклад на очередном партийном съезде — от этой чести Торцкий благородно отказался, не желая создавать впечатление, будто он уже устраивается в ленинском кресле, не дождавшись даже его смерти. Сталин держался скромно, почтительно отзывался о больном вожде, и говорил о необходимости единства партии. Но при этом ему удалось настроить Зиновьева и Каменева против Троцкого.

Именно в это время был впервые опробован на публике необычайно эффективный прием — канонизация Ленина — на который Сталин владел всеми патентными правами. Он позволял Сталину обвинять противников в том, что те противоречат не ему лично, а «евангелию» марксизма-ленинизма, монолитному набору догм, который он мог цитировать, толковать и извращать в соответствии с потребностью момента.

Смерть Ленина в январе 1924 году застала Троцкого в дороге: он ехал отдыхать на черноморский курорт, и не успел вернуться к похоронам. Он по-прежнему ожидал, что товарищи призовут его встать у руля, и из гордости сам не предпринимал никаких шагов в этом направлении. Это был один из величайших политических просчетов в истории.

Хозяин

Через год Сталин, распоряжавшийся теперь всеми кадровыми назначениями, добился, чтобы Троцкого сняли с должности Наркомвоенмора. Перепуганные Зиновьев и Каменев попытались вновь вступить в союз с Троцким, но новый «хозяин» ничего не упускал из внимания. В 1926 году он провел на партийной конференции резолюцию, осуждающую как троцкистов, так и зиновьевцев. С Троцким и его «заклятыми друзьями» было покончено. Годом позже Троцкого, Зиновьева и Каменева официально исключили из партии. Вскоре после этого Троцкого принудительно выдворили из Москвы и отправили в Алма-Ату. В январе 1929 года он был выслан из СССР.

Одолев так называемую «левую оппозицию», Сталин без труда разделался и с оппозицией «правой» — Бухариным, Рыковым и Томским. Это дало ему безраздельное господство в Политбюро — реальном высшем органе власти в стране. Наделенный властью возвышать и карать людей, генсек подчинил себе и ЦК. Новообретенным могуществом он распоряжался умело. У Сталина был отработанный метод — он говорил мало, попыхивая трубкой, пока другие выступали и спорили, а в конце спокойно объявлял, кто из товарищей прав. Это позволяло ему заимствовать аргументы коллег и использовать их разногласия.

В 1929 году Сталин приступил к осуществлению первого пятилетнего плана; одновременно началась коллективизация села и ликвидация кулачества. Распоряжения центра были просты, непререкаемы, беспощадны. Коллективизация не увенчалась полным успехом — крестьяне начали жечь собственные амбары и резать скот, что угрожало параличом всей экономике страны. Это было крупнейшее, возможно единственное, политическое поражение Сталина. Когда число жертв голода и расстрелов исчислялось уже миллионами, он смягчил свою линию. Советская экономика даже сегодня зависит от крестьянства. Для того, чтобы создать партийные ячейки в каждой из десятков тысяч русских деревень, проверенных коммунистов просто не хватало. Многие «колхозные» деревни на деле представляют собой тесно спаянные семейные общины, следующие в первую очередь интересам семьи. Поэтому в 1949 году Сталин попытался объединить деревни в большие, тщательно контролируемые «агрогорода». Но и от этой идеи без лишнего шума отказались. Чтобы кормить растущие промышленные центры, России нужно все больше и больше зерна. До конца своих дней Сталин не осмелился повторить попытку, окончившуюся неудачей в 1929-33 годы.

Во время кризиса в деревне умерла его молодая (ей исполнился 31 год) жена Надежда; некоторые источники утверждают, что она покончила с собой, другие — что погибла от руки Сталина. Он с почестями похоронил ее на Новодевичьем кладбище в Москве, поставил на могиле мраморное надгробие. Сталин сказал: «Она умерла, и вместе с ней — последние теплые чувства к людям».

В 1934 году подспудное недовольство части большевиков вылилось в убийство Сергея Кирова, главы Ленинградского обкома и сталинского «подголоска» в Политбюро. Сталин немедленно отправился на место событий и взял руководство на себя. По его приказу 117 подозреваемых были расстреляны без суда; тысячи ленинградских партийцев отправились в Сибирь. Это стало началом волны репрессий. В 1935-1938 годах прошла серия процессов над всеми видными большевиками, не числившимися в сталинских лизоблюдах; в роли государственного обвинителя выступал Андрей Вышинский. Подсудимые, похоже, были полностью сломлены:

Вышинский: Как следует оценить ваши статьи и заявления, в которых вы выражали преданность партии? Как обман?

Каменев: Нет, хуже, чем обман.

Вышинский: Вероломство?

Каменев: Хуже!

Вышинский: Хуже, чем обман, больше, чем вероломство — может быть измена?

Каменев: Вы нашли самое подходящее слово!

Как-то Сталин поделился с Каменевым, тогда еще коллегой по Политбюро: «Выбрать жертву, подготовить тщательно удар, беспощадно отомстить, а потом пойти спать… Слаще этого нет ничего в жизни».

Сталин может спать спокойно

Один за другим «старые большевики» признавались во всех грехах; их уводили на расстрел. Репрессии достигли апогея в 1937 году, когда прошли тайные судебные процессы над виднейшими советскими генералами; вместе с ними были уничтожены тысячи офицеров, в том числе все сотрудники Генштаба, кроме двенадцати. Однако процессы представляли собой лишь вершину айсберга. ГПУ дотянулось до каждого городка и деревни, арестовывая мелких партийных чиновников, врачей, инженеров, служащих, и выбивая из них признания в измене и саботаже. В 1938 году Сталин скомандовал «стоп»; он приказал провести чистку среди самих палачей. Был осужден и расстрелян шеф ГПУ Генрих Ягода и большинство его сотрудников.

Всего в ходе репрессий в братских могилах ГПУ и гигантских сибирских лагерях сгинуло, возможно, до 7 миллионов человек. Но теперь Сталин мог вздохнуть с облегчением: он погубил много невинных людей, но вместе с колосьями под нож пошла и «сорная трава» — старая большевистская партия, главная потенциальная угроза его власти. Он спал спокойно. Партийные кадры нового поколения, которые он сам подобрал и подготовил, были простыми функционерами, послушными бюрократами со смертельным страхом в душе.

Он отбирал практиков, презирая кабинетных мыслителей и идеалистов — тех самых, кто в бурные тридцатые пополнял ряды компартий в других странах. Сталин был гениальным управленцем — умевшим признавать свои ошибки и скрывать их последствия. Подбирать преданных людей, использовать их таланты и держать в узде их амбиции, возвышать и низвергать с Олимпа, льстить и запугивать, карать и миловать — все это требовало немалого искусства. Сталин правил, тщательно регулируя соперничество между подчиненными, оставаясь при этом над схваткой, и сохраняя неторопливое хладнокровье.

Из старых большевиков в живых оставался только один, и Сталин отправил по его следу своих новых оперативников. На другом конце света — в Мехико — молодой испанский коммунист Меркадер (псевдоним Моннар) вместе с помощником, коммунистом из Нью-Йорка, разыскал Троцкого и убил его ледорубом.

Идеология

Массовые репрессии кое-чему научили Сталина: он осознал, какую власть над людьми имеет идеология. Со времен смерти Ленина он постоянно, до тошноты, повторял старые ленинские лозунги. Теперь же он начал создавать миф о непогрешимости ленинско-сталинского учения. Каждый советский писатель, поэт, музыкант и художник должен был работать на этот миф, неустанно повторяя одни и те же догмы. Именем Сталина назвали самую высокую гору в СССР, как минимум 15 городов, множество заводов и улиц. Его собрания сочинений выходили многомиллионными тиражами. Созданный учеными сплав окрестили «сталинитом», в его честь назвали новый сорт орхидей. Каждое утро школьники, стоя у парт, хором произносили: «Спасибо товарищу Сталину за наше счастливое детство!»

К 1939 году, к моменту пакта с Гитлером, сталинский миф уже был «доведен до ума»; даже этот циничный сговор не смог его поколебать. Впрочем, двумя годами спустя, тезис о непогрешимости «вождя народов» не помешал немецким войскам захватить всю западную часть России. За четыре месяца они достигли окраин Москвы и Ленинграда: отчасти это стало возможным благодаря переходу на сторону врага сотен ненавидевших Сталина русских генералов, и массовой сдаче в плен 4 миллиона крестьян в солдатских шинелях. Но миллионы других русских солдат держались стойко, да и удача не изменила вождю: в дело, как и 130 лет назад, когда Москву захватил Наполеон, вступил «генерал мороз».

В годы войны направленность пропаганды изменилась: прежние марксистские лозунги отошли на второй план, акцент делался на патриотизме. «Пусть вдохновляет вас … мужественный образ наших великих предков — Александра Невского, Дмитрия Донского, Кузьмы Минина, Дмитрия Пожарского, Александра Суворова, Михаила Кутузова!» — говорил Сталин. В эти годы жестокая и громоздкая индустриализация первых пятилеток принесла свои плоды. Долгой зимой 1941-42 годах уральские заводы тысячами выпускали танки, пушки и самолеты, которые позднее дополнил поток вооружений из США и Британии. Когда один посетитель-американец пытался объяснить Сталину, что рост военного производства в США сдерживают забастовки, тот спросил: «У вас что, полиции нет?»

За эту зиму Сталин создал новую армию, мобилизовав всех здоровых мужчин и женщин в стране. Он лично руководил боевыми действиями, не покидая Кремля. В разгар тяжелых боев в Сталинграде, когда генералы просили о помощи, он сказал начальнику Генштаба Василевскому: «Пусть хныкают и жалуются сколько угодно, не обещайте им никаких подкреплений. Не давайте им ни батальона с московского фронта». Незадолго до конца войны, во время визита в Москву, Тито услышал телефонный разговор Сталина с маршалом Малиновским, чья наступающая армия была остановлена противником: «Вы там спите, спите! Вы говорите, у вас нет танковых дивизий? С танками и моя бабушка смогла бы воевать. Пора вам пошевелиться. Вы меня поняли?»

Сталинские армии пробили дорогу в Берлин — ценой почти в 8 миллионов жертв — и все земли, что заняли его войска, он сохранил за собой.

Логика с двойным дном

В 1943 году, когда немцы еще оставались на российской земле, Сталин решил, что пришло время переговоров с союзниками. «Думаю, я смогу справиться со Сталиным на личном уровне. . .» – с уверенностью заметил Франклин Рузвельт в письме Черчиллю. В Тегеране Сталин убедил американского президента поселиться в российском посольстве. Когда Черчилль поднял вопрос о международном надзоре над выборами в Польше, Сталин отрезал: «Этого делать нельзя. Поляки — независимый народ, и они не потерпят, чтобы над их выборами надзирали другие». Британский премьер упомянул о Ватикане; в ответ Сталин осведомился: «А сколько у папы Римского дивизий?» Позднее Черчилль вспоминал: «Сталин говорил, что чужого русским не нужно, ну разве что они “откусят кусочек” от Германии».

Год с лишним спустя, в Ялте, Сталин в обмен на обещание вступить в войну с Японией потребовал передать СССР Порт-Артур, Дайрен и Курильские острова. «Я лишь хочу вернуть России то, что у нее отняли японцы», — пояснил он. «Это предложение, — заметил Франклин Рузвельт, — представляется весьма разумным».

Во время переговоров с коммунистическими лидерами Сталин тоже призывал к разумному подходу — руководствуясь такой же логикой. Объяснив Тито, что он согласился считать Югославию совместной советско-британской сферой влияния, он попросил его восстановить на троне короля Петра. «Я не говорю, что это навсегда, — заметил он. — Верните его на время, а затем, в подходящий момент, вы сможете всадить ему нож в спину». Ему донесли, что югославские партизаны носят на пилотках красные звезды. «Зачем вам звезды? — спросил он Тито. — Вы пугаете англичан. Форма — не главное».

Всегда готовый ждать нужного момента, он велел Мао Цзедуну договориться с Чан Кайши, распустить свою армию, и не пытаться захватить власть в Китае. Однако в 1949 году Мао изгнал Чан Кайши с территории континентального Китая и провозгласил Китайскую Народную Республику. Дальше он начал действовать по опробованной схеме: чистка — укрепление власти — новая чистка. Присоединение четырехсотмиллионного Китая к двухсотмиллионной России стало апогеем распространения коммунизма по планете. Сталинская империя занимала теперь четвертую часть суши, на ее территории проживала треть населения Земли. До него ни одному человеку в истории не удавалось создать столь гигантской империи. Такой она остается и после его смерти: только у нее больше нет Сталина — человека, творившего бесконечные злодеяния, и добивавшегося необычайных успехов.

May 12, 2015 Posted by | boļševiki, gulags, komunisms, noziegumi pret cilvēci, nāves nometnes, PSRS, represijas, Staļins, Vēsture | Leave a comment

Cilvēku šāvēju kolektīvais portrets

Raksts krievu valodā. (Gugles tulkotājs atrodams šeit)

http://www.novayagazeta.ru/society/68229.html


Коллективный портрет расстрельщиков

После службы в органах НКВД–КГБ многие из них по привычке шли в сторожа и охранники. Рост этого социального слоя в сегодняшнем российском обществе — тревожный сигнал

23.04.2015
Иван Степанов
Иван Стельмах
Емельян Куприянов
Петр Сопруненко

Вагоны с польскими военнопленными из Козельского лагеря прибывали на станцию Гнездово. По свидетельству местного жителя, «к вагонам подъезжала автомашина, так называемый «черный ворон». Из вагона переходили под охраной в автомашину польские офицеры (они были в военной форме), и их увозили в Катынский лес. Лес был огорожен, и что там происходило, никто не видел. Но слухи были о том, что там раздаются выстрелы. В то время, как мне помнится, никто не сомневался в том, что их там расстреливают. Но говорили об этом мало. Дело серьезное, опасное. Поэтому и старались как бы не замечать этого»1Абаринов Владимир. Катынский лабиринт. М., 1991. С. 37..

Избежавший расстрела Станислав Свяневич был выведен из потока военнопленных на станции Гнездово, помещен в пустой вагон, откуда наблюдал за происходящим: «…площадка рядом с поездом оцеплена красноармейцами в форме НКВД. С интервалом в полчаса к составу подъезжал автобус с замазанными белой краской окнами. Он подавался к вагону таким образом, что пленные переходили в него, не ступая на землю»2Swianiewicz S. W cieniu Katynia. Warszawa, 1990. S. 111..

В центре площадки распоряжался всем полковник НКВД. Кто был этот полковник? Попробуем разобраться.

«Разгрузка» Козельского лагеря началась 3 апреля 1940-го, когда был отправлен первый эшелон. Следующие эшелоны были отправлены 4 и 5 апреля. Первые эшелоны прибыли на станцию Смоленск, откуда военнопленных доставили в здание УНКВД по Смоленской области, где и расстреляли. Но потом эшелоны стали направлять в Гнездово. По всей видимости, решили избежать лишних хлопот: отправка со станции Смоленск в здание УНКВД, затем вывоз тел расстрелянных к месту захоронения в Катынский лес — чересчур сложно. Многократная погрузка-выгрузка: трудоемкий подъем тел из подвала УНКВД во двор управления, погрузка на машины… Вернулись к практике расстрелов времен 1937—1938 годов, когда массовые казни совершались непосредственно в местах захоронения.

В одной из могил, обозначенной при эксгумации 1943-го под № 5, у жертв отмечена характерная деталь — набрасывание шинелей на голову и завязывание их шнуром на уровне шеи3Фрагмент отчета доктора Мариана Водзиньского о Катынском преступлении // Катынская драма. М., 1991. С. 101.. Этот прием, скорее всего, применялся, когда расстрел происходил в помещении УНКВД. Так палачи стремились, чтобы расстрел не был «излишне кровавым», и не надо было потом смывать следы крови в помещении, да и грузить и перевозить тела было и физически, и психологически комфортнее. И грузовик — почти чистый. По оценке экспертов, в могиле № 5 было захоронено до 50 тел4Там же. С. 99.. Если вспомнить, что первая партия военнопленных офицеров из Козельска была отправлена 3 апреля 1940-го и насчитывала 74 человека, то, скорее всего, они-то и были расстреляны в здании УНКВД в Смоленске.

Петр Сопруненко — бывший начальник Управления по делам военнопленных НКВД — в 1990-м жил в Москве незаметным пенсионером. Его первый допрос в рамках расследования «Катынского дела» состоялся 25 октября 1990-го и был малорезультативен. Понимая, что следователи прокуратуры еще недостаточно хорошо ориентируются в предмете, не осведомлены о том, кто и как принимал решение о судьбе польских военнопленных, как исполнялось это решение, — он уходил от ответов, ссылался на плохую память, отрицая свою руководящую роль в «разгрузке» лагерей. Вначале ему задавались вопросы общего плана: о карьере, о создании и структуре Управления по делам военнопленных НКВД, об организации лагерей и расследовании дел польских военнопленных в Козельском, Осташковском и Старобельском лагерях. Но когда вопросы дошли до истории отправки военнопленных трех лагерей в апреле—мае 1940-го в УНКВД Калининской, Смоленской и Харьковской областей, Сопруненко тут же «вспомнил», что его в это время направили на долгий срок в Выборг, вести переговоры по итогам финской войны. Так что: не был, не видел, ничего не решал. И вообще все дела вел в это время его заместитель — Иван Хохлов, давно уже умерший. А на ряд вопросов Сопруненко просто не дал ответа.

После того как бывший начальник УНКВД по Калининской области Дмитрий Токарев открыл глаза следственной группе на механизм реализации решения Политбюро ЦК ВКП(б) от 5 марта 1940-го в части расстрелов польских военнопленных Козельского, Осташковского и Старобельского лагерей, новый допрос Сопруненко, состоявшийся 29 апреля 1991-го, стал более результативным. Теперь ему продемонстрировали видеозапись показаний Токарева с рассказом о его — Сопруненко — роли, и отпираться стало бесполезно. Постепенно бывший начальник Управления по делам военнопленных НКВД разговорился.

Сопруненко признал, что был на совещании у Богдана Кобулова в марте 1940-го, и там его ознакомили с решением Политбюро ЦК ВКП(б), под которым стояла подпись Сталина. Как выразился Сопруненко, «мне стало плохо», когда узнал о масштабах предстоящей расправы. На допросе в 1991-м он почему-то никак не мог вспомнить фамилию ответственного за «разгрузку» Козельского лагеря. Напрягая память, сказал: «…старикашка, забыл фамилию, полковник», наконец вспомнил: Степанов, был у Кривенко «на побегушках, на подхвате».

Вот что за полковник НКВД распоряжался на станции Гнездово при разгрузке прибывавших из Козельска эшелонов с военнопленными поляками. По воспоминаниям Станислава Свяневича, в конце марта 1940-го в Козельском лагере появился «полковник НКВД огромного роста с красным мясистым лицом». А потом, через месяц, именно его Свяневич увидел на станции Гнездово, как он надзирал за этапом военнопленных, когда их перевозили в Катынский лес. Это был отвечавший за «разгрузку» Козельского лагеря Иван Степанов.

Одного взгляда на фотографию достаточно, чтобы убедиться в точности описания его внешности. Интересно, отчего Сопруненко назвал его весьма пренебрежительно: «старикашка»? Ну возраст — понятно. Степанов был много старше остальных. Но странно это уменьшительное прозвище, не вяжущееся с ростом и внушительностью его фигуры.

Степанов родился в семье крестьянина-середняка в 1890-м, и для людей его социального слоя получил неплохое образование, учился до 17 лет и окончил земскую школу. Работал на вполне приличной работе — практикантом сельскохозяйственной школы, инструктором полеводства. Не батрак, не поденщик, а почти сельская интеллигенция. С началом войны был призван в армию, и здесь делал карьеру: с июля 1915-го юнкер в школе прапорщиков, потом командовал взводом и ротой, был серьезно ранен на Северо-Западном фронте.

Революция застала Степанова на должности заведующего хозяйственной частью полка. Старая армия распалась, и он в апреле 1918-го вернулся в родное село работать в хозяйстве отца. Но уже с июня 1918-го — служба в Красной армии, сначала в волостном военкомате, затем растет от делопроизводителя до начальника отделения связи военно-полевого строительства. А с 1922-го начинается его служба в войсках ГПУ—ОГПУ, где он делает карьеру в конвойных войсках. С 1932-го он уже в Москве на руководящих должностях.

Для новой власти Иван Степанов не до конца «свой». Он, даже будучи на руководящей работе в войсках ОГПУ—НКВД, довольно поздно был принят в партию. Пришлось семь с половиной лет, с августа 1931-го, ходить в кандидатах в члены ВКП(б). Столь долгий кандидатский срок требовался для выходцев из непролетарских слоев населения. Степанову оставалось ревностно служить, чтобы постоянно доказывать свою преданность и верность и новой власти, и своему ведомству. В 1940-м ему доверили ответственное дело по отправке польских военнопленных из Козельского лагеря на расстрел. Справился, был награжден. В войну за сугубо карательные акции был отмечен фронтовыми орденами. За выселение крымских татар, болгар, греков и армян из Крыма (орденом Отечественной войны II степени — 7 июля 1944-го); за работу в оперативных группах НКВД в полосе действий фронтов в Польше и Германии, занимавшихся арестами немцев и отправкой на принудительные работы в СССР (орденом Отечественной войны I степени — 21 апреля 1945-го). Он все время в системе конвойных войск, хотя почти не рос по службе. Был уволен в отставку 2 января 1947 года по болезни с должности заместителя начальника оперативного отдела Управления конвойных войск МВД СССР. Умер в 1953-м в Москве.

Станиславу Свяневичу запомнился еще один человек, который присутствовал на станции Гнездово и находился рядом с черным автофургоном, — «капитан НКВД, пожилой человек, вероятно, сильно за пятьдесят лет». Потом он же и доставил Свяневича на «черном вороне» в Смоленск, в тюрьму. Это был начальник внутренней тюрьмы УНКВД по Смоленской области Иван Стельмах, имевший звание лейтенанта госбезопасности, — одна «шпала» в петлицах, как у армейского капитана.

Но не только ради Свяневича Стельмах появился в Гнездово. Станция стала перевалочным пунктом, где конвойные войска сдавали военнопленных представителям тюрьмы УНКВД по Смоленской области — вахтерам и надзирателям, участвовавшим в расстрелах. И отвечал за прием Стельмах.

Не стоял в стороне от дела и начальник УНКВД по Смоленской области Емельян Куприянов. По свидетельству его персонального водителя Ивана Титкова, он «весной 1940 года возил Куприянова в Гнездово, сам оставался в машине, а Куприянов выходил, наблюдал за разгрузкой эшелона, разговаривал с конвойными»5Абаринов Владимир. Катынский лабиринт. М., 1991. С. 39.. Конечно, роль Куприянова в Смоленске была схожей с ролью Токарева в Калинине — ассистировать прибывшим из Москвы представителям. И он, так же, как и Токарев, не был награжден в составе лиц, принимавших участие в расстрелах. А вот его заместитель Федор Ильин и помощник Владимир Зубцов, те — были награждены как непосредственные участники.

Заместитель начальника УНКВД по Смоленской области Федор Ильин даже не стеснялся писать об этом в своей автобиографии: «В 1940 г. за образцовое выполнение спецзадания наркомом НКВД СССР вознагражден деньгами»6РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 100. Д. 210011.. Другие награжденные почему-то не хвастались. Там же Ильин пишет: «В декабре 1943 г., январе, феврале 1944 г. находился по распоряжению наркома НКГБ в спецкомандировке, г. Смоленск, а потом в Чечено-Ингушской АССР»7Там же.. А вот это уже интереснее. Ну про Чечено-Ингушетию ясно: там он в феврале 1944-го участвовал в тотальном сталинском выселении чеченцев и ингушей, и медаль «За отвагу» за это получил указом от 8 марта 1944-го. А что он делал в Смоленске — легко догадаться: вместе с большой группой работников НКГБ заметал следы Катынского преступления. Кто, как не Ильин — непосредственный участник расстрельной акции, — мог знать все детали, указать, где, как и что надо прятать, кого из очевидцев и бывших сотрудников как следует припугнуть, а кому и вовсе заткнуть рот, упрятав в тюрьму.

Относительно того, что происходило непосредственно на месте расстрела, оставил свидетельство сотрудник УНКВД по Смоленской области Петр Климов. Он прекрасно знал тех, кто участвовал в расстрелах польских офицеров в Катыни, но, видно, к делу имел отношение «по касательной», так как не был награжден приказом НКВД от 26 октября 1940-го. Вот его рассказ, записанный 29 августа 1990-го:

«Польских военнослужащих расстреливали в 1940 году и в Козьих Горах. Расстреливала их команда Стельмаха Ивана Ивановича. Он был комендантом Смоленского НКВД. Я сам был в Козьих Горах, случайно видел: ров был большой, он тянулся до самого болотца, и в этом рву лежали штабелями присыпанные землей поляки, которых расстреляли прямо во рву. Это я знаю, потому что сам видел трупы (присыпанные землей) поляков. Обстоятельства расстрела мне рассказывал Устинов: он был шофер, возил поляков на расстрел и видел, как он сам говорил, расстрел… После того как я посмотрел на расстрелянных поляков, меня сразу выпроводили и сказали, чтобы я больше не подходил. Тогда и после войны меня неоднократно Стельмах, Рейсон, Гвоздовский и Грибов предупреждали, чтобы я молчал»8Жаворонков Геннадий. О чем молчал Катынский лес, когда говорил академик Андрей Сахаров. М., 2006. С. 110..

Все это Климов вспоминал много лет спустя, и в чем-то память его подвела. Во-первых, Стельмах к тому времени был уже начальником внутренней тюрьмы, а не комендантом; во-вторых, упоминаемые Климовым — Устинов и Рейнсон — не были награждены в 1940-м как участники расстрела польских военнопленных. Рейнсон Карл Петрович служил в УНКВД в Смоленске лишь до марта 1938-го, когда его, как латыша, уволили, но не арестовали, как это бывало. Он устроился здесь же, в Смоленске, помощником директора кооперативного техникума, но связь с бывшими сослуживцами не порывал. Скорее всего, в памяти Климова участие Рейнсона в расстрелах времен Большого террора наложилось на события 1940-го.

Климов указал на характерную деталь: «Еще хочу добавить, что тем, кто стрелял людей, и тем, кто возил, давали спирт и закуску бесплатно. Они еще, помню, после расстрела мыли руки спиртом. Я тоже протирал руки спиртом, после того как смывал кровь. Спирт хранился у меня в подвале, а закуску брали в столовой (колбаса, осетрина и др. продукты)». И вспомнил другого участника расстрелов польских офицеров: «Еще возил расстрелянных Зиновьев (ему сейчас под 70 и уехал в Симферополь)». И это подтверждается полностью. Действительно, шофер УНКВД по Смоленской области Николай Зиновьев был награжден приказом от 26 октября 1940-го, после войны был переведен в Новосибирск, а в 1948-м — в УМГБ по Крымской области, где и остался. Правда, Климов не знал, что Зиновьева уже лет 20 как нет в живых: он умер в Крыму в 1970-м. А так — все точно.

Расстрелы в Катынском лесу у заранее вырытого рва происходили днем. Также для расстрела использовался подвал «дачи НКВД», расположенной там же, в лесу, где расстрелы могли производиться и в темное время суток. Дмитрий Токарев, у которого расстрелы в Калинине проходили строго в подвале УНКВД, говорил на допросе с изумлением о смоленской практике: «Мне рассказывали, в Смоленске поступили глупее несколько. Там начали расстреливать на месте захоронения. И вот это послужило сигналом, с этого началось… Там один убежал, пытался убежать, кричал, люди слышали».

От редакции. Книга Никиты Петрова о тех, кто участвовал в расстрелах польских военнопленных в 1940 году, готовится в издательстве «Центра польско-российского диалога и согласия» в Варшаве.

Читайте в следующем номере:

  • О методике катынских расстрелов
  • О том, чуствовали палачи  или нет душевные муки
  • Как доживали жизнь катынские расстрельщики

April 24, 2015 Posted by | noziegumi pret cilvēci, PSRS, Vēsture | Leave a comment

Tracis ap Staļina laikus atainojošas filmas aizliegšanu

 Viss raksts lasāms: http://goo.gl/pbazVn

Krievija aptur Staļina laikus atainojošas Holivudas filmas izrādīšanu

Krievija apturējusi Staļina laikus atainojošā Holivudas trillera “Child 44” (“Bērns Nr. 44”) iznākšanu ekrāniem, jo tas “izkropļojot vēsturi” un tā izrādīšana būtu nepieļaujama tā dēvētās lielās uzvaras svinību laikā.

Filma “Child 44” vēsta par sērijveida slepkavu, kurš darbojies Staļina laikos. Tās plašu demonstrēšanu Krievijas kinoteātros bija paredzēts sākt ceturtdien.

Krievijas Kultūras ministrija ziņu aģentūrai AFP apliecināja, ka filmas izplatītāji – uzņēmums “Central Partnership” – nolēmuši atsaukt prasību par filmas izrādīšanas licences izsniegšanu, kad filmu bija noskatījušās ministrijas amatpersonas.

Filma tapusi pēc angļu rakstnieka Tima Roba Smita romāna motīviem, un tajā galvenās lomas ir Tomam Hārdijam, Vincentam Kaselam un Garijam Oldmenam.

Kad filmu noskatījušās ministrijas amatpersonas un mediju pārstāvji, radušās bažas par filmas saturu, “pirmkārt par vēstures faktu izkropļošanu un dīvaino pirmskara, kara gadu un pēckara notikumu atainošanu”, pavēstīja ministrija. Radušies arī jautājumi par šā laika posma padomju pilsoņu atainošanu.

“Pēc noskatīšanās izplatītāju un Kultūras ministrijas pārstāvju viedokļi sakrita. Izplatīt šādas filmas pirms uzvaras 70.gadadienas ir nepieņemami,” paziņoja ministrija.

Filmas darbība risinās 1952.gadā – gadu pirms Staļina nāves. Tā vēsta par patstāvīgi domājošu izmeklētāju, kurš cenšas sadzīt pēdas sērijveida slepkavam. Vienlaikus izmeklēšanai traucē oficiālā attieksme, ka šādas slepkavības Padomju Savienībā nav iespējamas.

“Jūs saprotiet, slepkavība ir izteikti kapitālistiska slimība,” filmas reklāmas klipā saka Kasels.

Lēmums par filmas neizrādīšanu pieņemts jau pēc tam, kad otrdien ministrija filmai bija piešķīrusi izplatīšanas licenci ar sertifikātu “18+”.

Otrdien valsts finansētajā laikrakstā “Kuļtura”, kura redaktors ir Krievijas prezidenta Vladimira Putina kultūras padomes loceklis, publicēta filmas recenzija “Nelietības 44 nokrāsas”.

“Daniela Espinosas filma sastāv no melīgiem spļāvieniem Krievijai un krieviem,” apgalvo laikraksts.


Raksts Russia bans American film ‘Child 44′ because it makes Stalin look bad


 44 оттенка мерзости

14.04.2015

Егор ХОЛМОГОРОВ

Каждый раз, когда кажется, что подводная лодка, погружающаяся в поток мутной западной русофобии, достигла дна где-то в степях Украины, снизу неизменно стучат. На сей раз особенно настойчиво — целых 44 раза, да еще и приговаривают: «Сиди, сам открою!» Криминальный триллер, снятый по роману некоего Тома Роба Смита, обязательно войдет в рейтинг самого адского антисоветского треша в истории кинематографа.

Фильм «Номер 44» не спасут ни лихой сюжет, ни блистательные актеры — Гэри Олдман, Венсан Кассель, Чарльз Дэнс (более известный у нас как Тайвин Ланнистер). Все частности утопают в фантастически глупом и лживом содержании, представляющем сталинский Советский Союз как Мордор, а его жителей — как грязных, аморальных, трусливых и прямо-таки физически отвратительных орков. Эта цель и не скрывается: «Одним из главных героев романа является Советская Россия — чудовищная смесь ужаса и абсурда», — заявляет автор романа.

Опус Смита начинается с того, что во время голодомора «в Украине» (книга, кстати, издана именно в этой стране) на двух братьев-сирот нападают людоеды и похищают одного из них, чтобы скормить собственному сыну. Но тот умирает, не дождавшись человечины, и людоеды оставляют жертву на откорм… простите, усыновляют мальчика и дают ему типичные для центральной Украины имя с фамилией: Лев Демидов. Он вырастает и поступает на работу в МГБ. Здесь ему становится известно о загадочных убийствах детей, происходящих по всей стране. Параллельно начальство в качестве теста на лояльность требует от него отречься от жены Раисы, на что Лев не соглашается.

Демидова, разжаловав в простые милиционеры, отправляют в далекий город Вольск западнее Урала, но и там он встречает схожую криминальную картину. Заинтересовав начальника местной милиции генерала Нестерова (его играет Олдман), Лев вопреки МГБ начинает искать маньяка. И добирается до своего брата Андрея, который убивает детей, чтобы… привлечь к себе внимание Льва и быть им убитым. За это блистательное расследование Демидов получает повышение и право создать службу по расследованию убийств в московской милиции.

Это, повторюсь, пересказ романа, а не фильма, где все гораздо грязнее и абсурднее. Начиная с того, что маньяк носит фамилию Малевич (и, видимо, мучит своих жертв созерцанием «Черного квадрата»). Смит ухитряется не заметить в своей поделке смерти Сталина, хотя действие развивается в феврале-марте 1953 года. Во второй половине марта и далее у него действуют сотрудники МГБ, и он длинно рассуждает об их неравенстве с коллегами из МВД, то есть он не в курсе, что сразу же после смерти вождя оба ведомства были слиты в одно министерство во главе с Берией, и генералу МВД не было резона побаиваться капитана МГБ, тем более разжалованного, как утверждает автор. То есть факты Том Роб Смит знает не просто плохо — он вообще полный ноль.

Главная бредовая идея книги и фильма — приписываемая советскому начальству теория, что «каждого школьника учили: убийства, кражи, изнасилования являются признаками капиталистического общества, посему роль милиции была сведена до минимума». (Интересно, чем же тогда занимались Глеб Жеглов и Володя Шарапов?) Одинокий Лев Демидов хочет раскрыть серийное убийство, а начальство всех уровней пытается ему помешать, ибо в советском обществе, живущем по сталинской Конституции, серийных убийств нет и быть не может.

Напомню: в 1938–1939 годах по Свердловску прокатилась волна убийств детей. В результате работы усиленных патрулей милиции — той самой, чья роль была «сведена до минимума», был пойман на месте преступления 15-летний Владимир Ванчевский, сознавшийся в восьми убийствах. Маньяк-тинейджер получил по заслугам, но наверняка был включен в статистику «расстрелянных Сталиным детей», украшающую последние страницы книги Смита… В 1945–1946 годах в Ленинграде орудовал еще один серийный убийца Филипп Тюрин, которого милиционеры выловили после полутора лет работы. И никакая идеология, как и в случае с Ванчевским, им работать не запрещала.

Фильм Даниэля Эспиносы состоит из почерпнутых в книге и изобретенных в довесок лживых плевков в Россию и русских. Штурм рейхстага, поднимается знамя Победы. Фотограф требует от Демидова и его товарищей снять с рук десятки отнятых у немцев часов. Демонический гэбист Василий сначала расстреливает ни в чем не повинных людей во время задержания подозреваемого, а затем убивает коллегу прямо в кабинете и, несмотря на это, не только не отправлен в подвалы Лубянки, но и не смещен с должности. Милиция, у которой только что изнасилования были буржуазным пережитком, устраивает массовую облаву на гомосексуалистов, которых обнаруживаются сотни в одном не самом крупном советском городе. (Даже странно, что режиссер не вытащил в кадр еще каких-нибудь «телочек в балаклавах».) В Москве, по уверениям американских кинематографистов, есть загадочный «Центральный вокзал». А стукач-директор приманивает своих жертв-учительниц томом «Архипелага ГУЛАГ», опубликованного, напомню, в 1973 году.

Советская Россия предстает местом, где нет ни сочувствия, ни жалости, ни уважения, где отсутствует всякая юридическая процедура и царит примитивное брутальное насилие. В этом средоточии тьмы копошатся орки, каковыми в одинаковой степени оказываются и положительные, и отрицательные герои. Если выжечь подобную пустошь атомным огнем, большой беды, пожалуй, не будет, — вот единственный вывод, который вынесет из сего действа западный зритель. Если этой гнилой клюкве и найдется место в истории кинематографа, то лишь в качестве памятника отвратительному западному расизму, полностью уничтожающему любую объективность и справедливость по отношению к России. Даже в том неоднозначном и спорном обличье, каковым был сталинский СССР.

Ну и еще одно удивительно — в распространении данной поделки участвуют украинские контрагенты. Вообще-то, из сюжета книги и фильма прямо вытекает, что подвергшиеся голодомору украинцы сходят с ума и начинают творить настолько запредельно чудовищные вещи, что даже московскому агенту госбезопасности морально оправдано их пристрелить. Точно ли в Киеве просчитали, какие выводы отсюда следуют?


 Россия запретила американский фильм «Номер 44», так как Сталин в нем представлен в невыгодном свете

(“The Washington Post“, США)
Майкл Бирнбаум (Michael Birnbaum)
16/04/2015

Вот еще одна жертва российской культурной войны: голливудский фильм «Номер 44» («Child 44») о сталинской России был снят с проката в среду — всего лишь за день до премьеры.

Министерство культуры России заявило, что прокат этого фильма за несколько недель до празднования 70-летия окончания Второй мировой войны «недопустим». Теперь российские любители кино будут лишены возможности увидеть, как Гари Олдман (Gary Oldman) и Том Харди (Tom Hardy) разыскивают серийного убийцу, который охотится на мальчиков на фоне бурных политических событий, разворачивающихся в Советском Союзе сталинских времен.

Решение было принято представителями Министерства культуры после пресс-показа фильма, снятого киностудией Lionsgate. В министерство пришли журналисты с вопросами относительно «искажения исторических фактов и своеобразных трактовок событий до, во время и после Великой Отечественной войны», сообщило в своем заявлении Министерство культуры, используя принятое в России название Второй мировой войны.

«Мы должны, наконец, поставить точку в череде бесконечных шизофренических рефлексий о самих себе», — говорится в заявлении министра культуры РФ Владимира Мединского, опубликованном государственным информационным агентством РИА Новости.

«В этой картине наша страна показана как Мордор — с физически и морально неполноценными недочеловеками», — заявил он.

Как сказано в заявлении министерства, российский прокатчик фильма компания «Централ Партнершип», согласилась с мнением, что его показ в преддверии ожидающегося в России празднования годовщины Победы «неуместен».

Фильм ожидал широкий прокат, однако принятое в последний момент решение заставило руководителей кинотеатров срочно переверстывать расписание на выходные дни.

Книга, по которой был снят фильм, рассказывает о серийном убийце сталинских времен и о сотруднике органов госбезопасности, отказавшемся подчиняться своему начальству и пытающемся найти убийцу, несмотря на все усилия властей скрыть преступления. Вышедший в 2008 году роман Тома Роба Смита (Tom Rob Smith) стал бестселлером. Но Россия в последние годы всячески старается переписать свою сложную и неоднозначную историю, а с тех пор, как она аннексировала украинский полуостров Крым, эти попытки активизировались.

Многие шаги предпринимаются для восстановления репутации Сталина, его представляют создателем российского государства и архитектором победы над фашистами, а вовсе не тем человеком, который виновен в смерти миллионов своих соотечественников. Весной этого года власти приостановили деятельность единственного в России музея сталинского ГУЛАГа (музея истории политических репрессий под открытым небом «Пермь-36» — прим. перев.) и назначили новое руководство, которое изменило направленность работы — теперь экспозиция будет посвящена не заключенным, а работникам лагеря. По данным проводимых в России опросов общественного мнения, растет популярность Сталина.

Решение об отмене показа этого фильма было принято всего лишь через несколько дней после того, как российские законодатели взялись разбираться в тонкостях тверкинга и обрушились с критикой на танец с откровенными движениями бедер в довольно профессиональном исполнении группы школьниц одного из российских городов. Помимо этого, российские политики за последние месяцы принимали решения о запрете опер, пьес и концертов, которые, на их взгляд, являются оскорбительными и неприемлемыми.

Оригинал публикации: Russia bans American film ‘Child 44′ because it makes Stalin look bad

Опубликовано: 16/04/2015

44 оттенка мерзости — 2

К отзыву прокатной заявки фильма «№44»

Министр культуры РФ Владимир Мединский опубликовал своё заявление относительно решения компании «Централ Партнершип» об отзыве прокатной заявки фильма «№44». Приводим его полностью.

44 оттенка мерзости

Я высоко ценю решение прокатной компании «ЦПШ» («Централ Партнершип») об отзыве заявки на получение прокатного удостоверения для фильма «№44» (в оригинале «Ребёнок номер 44», производство США, кинокомпании Lionsgate).Важно, что по этому вопросу позиции министерства и коммерческого предприятия совпали.

Повторю главное из нашего совместного с «ЦПШ» заявления: такие фильмы, как «№44», не должны выходить в нашей стране в массовый кинопрокат, зарабатывая на нашем кинозрителе, ни в год 70-летия Победы, ни когда бы то ни было ещё.

Кратко о фильме. Главные действующие лица — советские солдаты, водрузившие Знамя Победы над Рейхстагом, а потом работающие… следователями МГБ (в первом угадывается Герой Советского Союза Михаил Егоров, второго так в кино и зовут — Кантария). В фильме есть все что положено: Сталин устроил «голодомор» специально для Украины и убивает по 25 тысяч человек в день; голодающие дети, как вспоминают герои, поедают своих ослабевших одноклассников; в СССР запрещается расследовать уголовные преступления, потому что «у нас нет убийств, они есть только при капитализме»; советские солдаты-мародёры с пятью трофейными часами на запястьях; кровавые упыри с офицерскими погонами армии-победительницы и звёздами героев расстреливают сограждан, соседей, друг друга и особенно геев (!) во дворах, на улице, в служебных кабинетах и просто мимоходом, на глазах их детей, «чтобы преподать урок»; запуганные советские женщины там отдаются советским же офицерам из страха, что за отказ их тут же отправят, «как принято», — в ГУЛАГ.

Не страна, а Мордор, с физически и морально неполноценными недочеловеками, кровавое месиво в кадре из каких-то орков и упырей — вот в такой стране происходит действие фильма от 30-х до 50-х годов ХХ века. Так показана наша страна — та самая, которая только что победила в Великой войне, вырвалась в число мировых лидеров и вот-вот запустит первого человека в космос.

Скажу сразу: дело не столько в конкретном фильме — американские кинематографисты могут самовыражаться, как им заблагорассудится.

Нам до того, в общем-то, дела мало.

Принципиально то, что мы должны наконец поставить точку в череде бесконечных шизофренических рефлексий о самих себе.

То, что в самый канун 70-летия Великой Победы нам как само собой разумеющееся суют, иного слова не подберу, нечто «вот этакое», — этот факт сам по себе вынуждает обратить внимание на две важные вещи.

Первое.

Я очень не хочу, чтобы объяснение решения о прокате фильма «№44» сводилось, как обычно, только к «стремлению не поранить чувства ветеранов».

За этой удобной формулой — «из уважения к ветеранам» — мне всегда виделась лицемерная попытка нас — сегодняшних — увернуться от самостоятельных решений.

Опять переложить ответственность на плечи наших стариков.

Хватит.

Семьдесят лет прошло. Семьдесят! Четвёртое поколение сменяется.

Наши ветераны — и павшие, и те, увы, последние — слава богу, живущие сегодня, — уже сделали для своей страны всё. Всё, что возможно.

И всё, что невозможно, — тоже сделали.

Мы до сих пор живём в той стране, которую они отстроили и отстояли.

Они жили и они умирали для нас — от первого погибшего 22 июня 1941-го пограничника до всех звёздных маршалов.

Сколько можно прятаться в принятии решений за их спинами?

Хватит юлить и лицемерить. Наши ветераны нам уже ничего не должны.

Мы лишь унаследовали — и весьма небрежно — легенду, которую создало Поколение Победителей.

И сегодня мы сами делаем историю России, которая будет после нас.

И сами должны отвечать за свои поступки.

Второе.

Руководство «ЦПШ» приняло своё решение по итогам финального просмотра, буквально в последний момент. Фильм должен был завтра выйти в российский прокат, он прошёл всю предпрокатную технологическую цепочку — перевод, озвучку, пресс-показ, рекламную кампанию. И на каждом звене этой цепочки с ним имели дело наши люди. Наши сограждане. Современные, образованные, профессиональные люди.

И «это кино» никого не задело! Как? Почему это могло случиться?

Почему для каждого из этих десятков, а может, сотен человек содержание этого «произведения искусства» оказалось в порядке вещей?

В конце концов, просто бизнес? Просто служебные обязанности?

Боюсь, это тот самый случай, когда «мы думали, что достигли дна, но тут снизу постучали».

Но этого дна мы достигли сами. Мы сами смирились с тем, что вдыхаем, пьём отраву о своей истории и о своей стране — и убедительно, — и добровольно себе объясняем, что это и есть воздух, это и есть вода. Что это и есть божья роса.

Это мы сами соглашаемся с ложью и клеветой. Это мы сами наснимали фильмов серии «сволочи из штрафбатов». Это мы сами, по доброй воле решили, что удобнее сверять своё понимание собственной истории с политическими интригами давно минувших дней. С дикими шаблонами, принятыми в иных культурных пространствах.

Это мы озабочены, чтобы наши представления о самих себе непременно были угодны «цивилизованному человечеству».

Позволю себе напомнить: это «цивилизованное человечество» является сегодня цивилизованным ровно и исключительно в той степени, в какой его принудили остаться цивилизованным советский солдат и советский народ в 1945-м.

Пора наконец-то сформулировать своё собственное представление о самих себе как наследниках великой, уникальной российской цивилизации.

Внятно, канонически, без блудливого спотыкания о «трудные вопросы истории» и бессодержательных рефлексий. Сегодня, в год 70-летия главного события в истории XX века.

Без этого нас сомнут. Или мы будем иметь своё историческое и, соответственно, будущее самоопределение — или нас «самоопределят» без нашего участия.

Мы — на примере наших соседей и братьев — видим как.

И с чего-то надо начинать. Прямо сегодня.

Владимир Мединский
Министр культуры РФ

April 15, 2015 Posted by | Filmas, PSRS, Staļins | Leave a comment

Staļiniskais terors Sibīrijā 1928-1941

Staļiniskā terora Sibīrijā izpēte ir īpaši svarīga latviešiem, jo tā rezultātā tika noslepkavota apmēram trešā daļa tur dzīvojošo latviešu. Grāmatā atrodami arī to latviešu boļševiku vārdi, kuri paši darbojās represīvajā sistēmā, kura slepkavoja viņu tautiešus.

Šī 1997.gadā izdotā grāmata ir gan lasāma, gan lejuplādējama.
Raksts krievu valodā.
(Gugles tulkotājs atrodams šeit)

Сталинский террор в Сибири. 1928-1941

(читать)  (скачать fb2)

http://coollib.net/b/276832

Аннотация
Настоящее издание представляет собой исследование характера и основных этапов репрессивной сталинской политики в условиях Сибири. Предпринята попытка восстановить обобщенную картину карательных действий большевистского режима в отношении различных групп населения и оппозиционных сил; исследуется процесс формирования системы ГУЛАга. Специальные разделы монографии посвящены анализу развития террора в Сибири в 1937–1940 гг.

Рецензенты: докт. ист. наук В.И. Исаев, докт. ист. наук И.С. Кузнецов.

April 7, 2015 Posted by | boļševiki, genocīds, grāmatas, gulags, komunisms, noziegumi pret cilvēci, nāves nometnes, PSRS, represijas, REPRESĒTIE, Sibīrija, Staļins, totalitārisms, Vēsture, čeka, čekisti | 1 Comment

Padomju partizānu kara noziegumi

Padomju partizānu kara noziegumi Baltkrievijā, Baltijā un Somijā

Raksts krievu valodā. (Gugles tulkotājs atrodams šeit)

ВОЕННЫЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ СОВЕТСКИХ ПАРТИЗАН В БЕЛОРУССИИ, ПРИБАЛТИКЕ И ФИНЛЯНДИИ

КО ВСЕМ ОГРОМНАЯ ПРОСЬБА – ПО МАКСИМУМУ ПРОПИАРИТЬ ЭТУ СТАТЬЮ, ПЕРЕПОСТИТЬ ЕЁ К СЕБЕ В ЖУРНАЛЫ, А ССЫЛКИ НА НЕЁ ПОСТАВИТЬ ВЕЗДЕ, ГДЕ ТОЛЬКО МОЖНО

Первого апреля 2011 года умер Василий Кононов, бывший советский партизан, приговорённый в Латвии к тюремному заключению за преступления, совершённые им на территории республики во время войны 1941-45гг. Дело Кононова, который отсидел два года и подал на аппеляцию в Европейский Суд по Правам Человека, вызвало огромный резонанс в РФ. Официальная Россия всячески поддерживала Кононова как вербально – в речах первых лиц страны, так и практическими действиями: наняла ему адвоката, организовала манифестации у латвийского посольства в Москве и оплатила похороны военного преступника на средства российских налогоплательщиков.

В чём же обвинили Василия Кононова? Европейский суд добыл свидетельства (см. оригинал судебного решения), что Кононов, командуя партизанским отрядом, отдал приказ уничтожить мирных жителей хутора Малые Баты. Главы семейства жителей Малые Баты ПОДОЗРЕВАЛИСЬ партизанами в сотрудничестве с немцами и вычаде им партизанского отряда Чугунова, который был ранее расстрелян ССовцами в одном из амбаров хутора. Утром 27 мая 1944г. отряд Кононова разбился на шесть групп, каждая из которых уничтожила по одной из шести семей, проживавших на хуторе. Среди расстреляных и сожжённых живьём жителей оказалось три женщины, одна из которых – Текла Крупник – была на девятом месяце беременности. Она пыталась спастись бегством в лес, но была поймана партизанами и брошена в окно своего горящего дома, где сгорела вместе с расстреляным мужем. На следующее утро жители соседней деревни нашли на пепелище её обгоревший скелет рядом со скелетом неродившегося ребёнка.

Военный преступник Василий Кононов перед смертью

Хотя советская и нынешняя российская пропаганда изображают партизан как добрых, “благородных и бескорыстных борцов против фашизма”, якобы бежавших в леса, чтобы мстить оккупантам за их зверства, реальность была далека от этой лубочной картинки. И военное преступление Кононова и его отряда – не исключение, а только одно из огромного числа подобных злодеяний, совершённых советскими партизанами в годы войны. Многие из этих партизан, включая отряд Кононова, были диверсантами, заброшенными в немецкий тыл по директивам Москвы для осуществления тактики выжженной земли, согласно которой лишение крова и даже уничтожение мирных жителей необходимо, если это наносит урон врагу.

Например, первый пункт приказа Ставки Верховного Главнокомандования №0428 от 17.11.1941г. гласит:
«1. Разрушать и сжигать дотла все населенные пункты в тылу немецких войск на расстоянии 40 — 60 км в глубину от переднего края и на 20 — 30 км вправо и влево от дорог. Для уничтожения населенных пунктов в указанном радиусе действия бросить немедленно авиацию, широко использовать артиллерийский, и минометный огонь, команды разведчиков, лыжников и партизанские диверсионные группы, снабженные бутылками с зажигательной смесью, гранатами и подрывными средствами.»

Некоторые злодеяния партизан были рутинно зафиксированы немецкой оккупационной администрацией и советскими компетентными органами, и некоторые из этих записей и поныне хранятся в архивах:

«2-е управление СД. Командиру тайной полиции и СД хауптштурмфюреру Гезе в Пинске

5.4.43 Бандиты увели из д. Мукошин портниху Кравчук. Девушка была найдена потом мертвой в лесу, голова, грудь и все тело несколько раз распорты. Глаза были выколоты. Половой орган был изрезан. Что побудило бандитов на подобное обращение с девушкой – неизвестно.

Два бандита застрелили в квадрате 19 – влево наверху сестру одного из полицейских.»

РГАСПИ. Ф. 69. д.824. Л.20-23.

«В район нашей деятельности прибыл 7-й батальон отрядов Сабурова. Партизаны этого батальона занимаются неслыханными грабежами, бандитизмом и пьянством, разъезжают по селам в форме немецких солдат. Жителей, убегающих в леса, расстреливают… »

Сообщения и переписка НКГБ и ЦПШД янв. 43-дек.43. гг. РЦХИДНИ.

Неудивительно, что российские власти не хотят открывать архивов даже 70-летней давности!

Вот что пишет польский историк Богдан Музиал вo Frankfurter Allgemeine Zeitung от 21 июня 2004г. (первоначально русский перевод статьи появился на сайте inosmi.ru, но потом был оттуда удалён):

В ходе борьбы с партизанами в Белоруссии погибло, не считая убитых евреев, до 350 тысяч человек. Эти преступления хорошо изучены. Однако почти неизвестен тот факт, что зачастую и партизаны тоже жестоко обращались со своим населением. Они тоже наводили ужас на целые районы, сжигали деревни и города, убивали мирных жителей, проводили карательные походы. Таким образом, население попало между молотом и наковальней. Некоторые населенные пункты попеременно “усмирялись” то немцами, то партизанами, как, например, городок Налибоки, в 120 км от Минска. Но если немцы арестовывали и расстреливали только зачинщиков беспорядков, то партизаны убивали всех подряд. Так, 8 мая 1943 г. партизаны напали на опорный пункт организованной немцами самообороны. Они убили 127 гражданских лиц, включая детей, сожгли здания и угнали почти 100 коров и 70 лошадей.

Заметим походу, что резню в Налибоках устроил партизанский отряд Тувьи Бельского за то, что местное население сотрудничало с верной польскому правительству в изгнании Армией Крайовой и не хотело подчиниться партизанскому центру в Москве. Голливуд снял фильм «Вызов», мало отличающийся от советской пропаганды о войне и героизирующий командовавших отрядом братьев Бельских, чем вызвал протесты поляков, считающих Бельских головорезами и убийцами мирного населения.

Тувья Бельский третий слева во главе своего партизанского отряда

Особенную проблему создавало то обстоятельство, что партизанам нужно было кормиться. Они добывали себе продукты и одежду у местного населения. Во время этих снабженческих операций партизаны нередко вели себя, как обычные грабители, во всяком случае, так воспринимало их население. Они реквизировали женское белье, детскую одежду, хозяйственный скарб, – вещи, мало пригодные в лесу. Зато их можно было обменять на алкоголь или подарить партизанкам.

Большинство военных операций партизан и без того были направлены не против немецких оккупантов, а против действительных или мнимых коллаборационистов и их семей, а также против всех, кто хорошо относился к немцам и был антисоветчиком. А кто был антисоветчиком, партизаны решали сами.

На повестке дня были расстрелы, изнасилования и грабежи. 22 февраля 1943 г. отряд Михайлова убил в деревне Чигринка Могилевского района (восточнее Минска) около 70 мирных жителей. На счету этого отряда были также грабежи, изнасилования и расстрелы. По сообщению одного высокопоставленного офицера Красной Армии, сделанному в июне 1943 г., отряд Бати, действовавший примерно в 200 км от Минска, “терроризировал мирное население”. В частности, 11 апреля 1943 г. они “расстреляли ни в чем не повинные семьи партизан в селе Сокочи: женщину с 12-летним сыном, второй сын-партизан которой погиб ранее, а также жену одного партизана и ее двух детей – двух и пяти лет”. В другом докладе говорится, что в апреле 1943 г. партизаны отряда Фрунзе, действовавшего севернее Минска, расстреляли в ходе “карательной операции 57 человек”, включая младенцев.

Некоторые партизанские отряды сжигали сразу по несколько населенных пунктов, как например, комиссар Фролов вместе со своими партизанами, действовавший в Витебской области. В апреле 1943 г. они превратили в пепел множество деревень, расстреляли “мирных жителей и других партизан”. И это было далеко не исключение.

Сожжение партизанами деревень и расстрелы женщин с детьми действительно были достаточно частым явлением. Вот какое письмо прислали читатели в белорусскую газету «Наша Нива» в 2000г.:

Жили мы в местечке в Западной Белорусии. Где-то в пятидесятые годы, когда я ходил в школу, как-то сказал дома, что деревню Борки сожгли немцы. Тогда моя мать рассказала мне, что деревню Старожевщина и деревню Борки Ивацевичского района сожгли партизаны.

В Старожевшине родственников у нас не было, поэтому подробностей мы не знали. В Борках же жила большая семья родного брата моей матери. А на небольшом хуторе под Слонимом жила их сестра. Эти партизаны часто заходили на хутор и даже оставляли там раненых. Поэтому и предупредили, что, если есть родственники в Борках, то “пусть убегают!” Но война, шесть маленьких детей… И семья осталась в Борках.

“Самооборонцы” не пускали партизан в деревню со стороны леса, поэтому те вошли со стороны местечка. Когда жена моего дядьки увидела что два партизана идут сжигать хату, то вышла навстречу: “Хлопчики, не палите хату, вон – шесть детей у окопчика сидят!” Один партизан выстрелил в воздух: “Уйди, сука!” А второй его поправил: “Разве так бьют, вот так бьют!” Советский партизан застрелил белорусскую мать шестерых детей и сжег их дом.

Возможно, тот убийца жив и по сей день и получил, как ветеран, привилегии. Но подобные военные преступления не имеют срока давности.

Интересно, что сам факт намеренного убийства женщин и детей только за то, что они были членами семей “полицаев”, по сей день воспринимается бывшими партизанами как нечто нормальное и не подлежащее осуждению. Вот как оценивает своё участие в расстрелах женщин и детей бывший партизан Яков Исаакович Шепетинский:

Г.К. – Семьи полицаев тоже уничтожались?

Я.Ш. – Не всегда и не везде. Но было такое нередко, что сейчас скрывать…Мне лично их жалко не было. Они наших еврейских малых детей живьем сжигали, да на куски разрывали, так почему я должен был переживать за полицейское отродье? Истребляли все полицейское семя, всю их породу. Око за око… Убийство гражданских, родственников предателей, в жестокой партизанской войне – дело почти обычное… И вы это и без меня знаете. Просто многие не хотят об этом рассказывать…

Но хорошо известно, что партизаны уничтожали не только семьи полицаев. Так, согласно финским документам, приведённым Веикко Эрккиля (Veikko Erkkilä, (1999). Vaiettu sota, Arator Oy. ISBN 952-9619-18-9), в Финляндии советские партизаны уничтожили около двухсот мирных жителей, в основном, женщин, детей и стариков. Известность получило нападение советских партизан на хутор Лямсянкюля, в ходе которого партизаны согнали хуторян в деревянный дом и сожгли его. В результате рейда погибли семь мирных жителей, включая двух детей шести и трёх лет от рода. В деревне Лаанила в северной Финляндии 4 июля 1943г. советские партизаны обстреляли гостиницу и грузовик, в котором ехали мирные жители, в результате чего погибло более 10 человек.

Мирные жители Финляндии, убитые советскими партизанами

Вместо того, чтобы разыскивать и наказывать военных преступников из числа партизан, власти бывшего СССР открыто репрессируют тех, кто публикуют правду о злодеяниях партизан, как например, журналиста и краеведа Виктора Хурсика, который в своей книге «Кровь и пепел Дражно» описал имевшее место в 1943г. уничтожение белорусской деревни партизанским отрядом Израиля Лапидуса из бригады комбрига Иванова. Партизаны напали на деревню и без разбору стреляли, резали и заживо сжигали мирных жителей. Показания уцелевших дражненцев автор подтверждает документами из Национального архива Республики Беларусь.

История о бесчинствах партизан в Дражно получила широкую огласку, когда в середине апреля 2008 года активисты Белорусского Добровольного Общества Защиты Памятников Истории и Культуры установили мемориальный крест в память о зверски уничтоженных мирных жителях этой деревни. Крест простоял у ограды католического кладбища деревни Дражно всего несколько дней. Политика Вячеслава Сивчика, священника Леонида Акаловича и журналиста Виктора Хурсика, которые участвовали в установке мемориального знака, осудили на 15 суток ареста. Крест выкопали и отвезли на тракторе в соседнюю деревню Залужье.

Крест, поставленный в Дражно в память о жертвах партизан

Вот, что рассказывает один из свидетелей той резни: Выстрелы разбудили нас около четырёх утра 14 апреля 1943 года. Мама кричала: «Дзеткі, гарым!» Голые выскочили на двор, смотрим: все хаты горят, стрельба, крики… Мы побежали спасаться на огород, а мама вернулась в дом, хотела что-то вынести. Соломенная крыша хаты к тому времени уже пылала. Я лежал, не двигался, долго не возвращалась мама. Повернулся, а её человек десять, даже женщины, колют штыками, кричат: «Получай, сволочь фашистская!» Видел, как ей перерезали горло. – Старик снова сделал паузу, его глаза были опустошены, казалось, Николай Иванович снова переживал те ужасные минуты. – Катя, сестра моя, вскочила, просила: «Не стреляйте!», достала комсомольский билет. До войны она была пионервожатой, убеждённой коммунисткой. Билет и партийное удостоверение отца во время оккупации зашила в пальто и носила с собой. Но высокий партизан, в кожаных сапогах, обмундировании начал целиться в Катю. Я закричал: «Дзядзечка, не забівайце маю сястру!» Но раздался выстрел. Пальто сестры вмиг набрякло кровью. Она умерла на моих руках. Я навсегда запомнил лицо убийцы. Помню, как я отползал. Смотрю, соседку Феклу Субцельную вместе с малюткой-дочкой три партизана живьём бросили в огонь. Свою кроху тётка Фекла держала на руках. Дальше, у дверей пылающей хаты, лежала старушка Гриневичиха, обгоревшая, в крови…

Паспорт Валентины Шматко, убитой партизанами из отряда Лапидуса

Нелицеприятную историю, в которой партизаны предстают преступниками, Виктор Хурсик не считает журналистской сенсацией. Да разве об этих фактах знаю только я?! В любой деревне вам расскажут шепотом, как партизаны грабили, расстреливали за одежду, еду или просто так, как кутили и насиловали. Многие факты зафиксированы работниками особых отделов партизанских отрядов и бригад, хранятся в архивах. Моя роль в этой истории – транслятор. Я просто озвучил факты, которые достаточно хорошо известны. Единственное, что выглядит сенсационно в нынешних условиях в Беларуси, – вопреки официальной точке зрения на партизанское движение, вдруг появился иной взгляд… Но мы ещё очень далеки от того, чтобы поставить памятник безымянной крестьянке, у которой муж воевал на фронте, а партизаны грабили подворье. Это в деревне Хозянинки Пуховичского района командир отряда Писарчик расстрелял мать и её малолетних детей за то, что истерзанная поборами женщина не выдержала… Ещё дальше в России и Белоруссии и даже на Украине – от того, чтобы назвать партизан-преступников преступниками и судить их за их преступления. Из всех республик бывшего СССР справедливость робко пытаетеся восторжествовать пока только в Прибалтике.

http://nationalliberal.livejournal.com/756701.html

Поедание себе подобных – давняя российская традиция. Еще у Мамина-Сибиряка и В.Шишкова можно прочитать о гостеприимных сибирских хозяевах, пускавших одиноких путников на ночлег. А потом, соответственно, в кастрюлю.
Так постепенно и выкристаллизовался психотип лентяя и бездельника – зачем что-то сеять, выращивать и т.д. . если пища сама по дорогам ходит?
При Советской власти людоедство расцвело пышным цветом. Перевод надписи: трупоеды и останки их жертв.

Этого не отрицали даже официальные плакаты тех лет:

Интересен призыв: “заграничных буржуев ЕСТЬ”.

Или просто буква У пропущена?
Заграничные буржуи в это время слали людоедам продукты:

Но аппетит, как говорится,  приходит вовремя еды. И человечину стали не только есть сами, но и торговать ею на базарах.

Ай да бизнес! Заграничным буржуям и в голову бы не пришло. Вот она, как говорит Задорнов, русская соображалка! Куда там тупым пиндосам!
Война ничего нового не принесла. Я не блокаду Ленинграда имею в виду – о людоедстве в Ленинграде общеизвестно. Я о поедании советскими бойцами своих боевых товарищей.

Finnish soldiers displaying Soviet soldiers’ skins near Maaselkä, on the strand of lake Seesjärvi during Continuation War on the 15th of December in 1942. Original caption: “An enemy recon patrol that was cut out of food supplies had butchered a few members of their own patrol group, and had eaten most of them.” (“Vihollisen vakoilupartio, jäätyään muonalähetyksiä vaille, oli teurastanut pari saman partion jäsentä ja syönyt niistä suurimman osan.”) http://de.wikipedia.org/w/index.php?title=Datei:Maaselk%C3%A4_cannibalism.jpg&filetimestamp=20070531121908
Перевод: Финские солдаты демонстрируют кожу советского солдата около Maaselkä, на берегу озера Seesjärvi, во время продолжительной войны 15 декабря 1942. Оригинальная подпись: вражеский разведпатруль, будучи отрезан от запасов пищи, зарубил нескольких членов своей группы и большую часть съел.
Долго думал: зачем нужно было кожу снимать? Потом понял. Разведгруппа в тылу врага. Не один день. Не мылись давно. Воняли. Гурманы, блин…

“The lid of a mess-tin and the rib-bones of a Russian soldier photographed at Leipäsuo in the Karelian Isthmus in March 1942. Apparently the incident involved a Russian infiltrator behind Finnish lines, and the victim was an Ingrian colleague. The photograph was captioned incorrectly in the print paper as being from 1943, but even in March 1942 Leipäsuo was very much in Finnish hands.”
http://commons.wikimedia.org/wiki/File:Russian_Ribs_-_Winter_War.jpg
Перевод: Крышка котелка и человеческие кости – рёбра советского солдата. Сфотографировано в Leipäsuo на Карельском перешейке в марте 1942. Вероятно, инцидент связан с советским проникновением за финские позиции, и жертва, якобы – “коллега ингерманландец”. На фото сзади ошибочно напечатан 1943 год, хотя даже в марте 42 Leipäsuo был в руках финнов.
Потери СССР пропавшими без вести составили около 4,5 млн чел.
http://infox.ru/science/past/2010/05/05/Minoboronyy__potyeri.phtml
Теперь понятно, куда они пропали? И что далеко не все из них лежат непохороненные?
Не отставали от Большой Земли и жители оккупированной России. Приказ немецкой комендатуры г.Урицк Ленинградской обл.: (http://waralbum.ru/9834/)

А вот этот ритуал уже из наших дней:

Преемственность поколений, так сказать.

Спасибо за Победу
Деду-людоеду,
Чтоб не знали муки
Людоеды-внуки.

Вообще говоря, единственный человеческий путь прекратить это государственное победобесие – установить 9 мая как день памяти всех павших независимо от того, на какой стороне они сражались. И молиться за упокой их душ. Но это подходит для нормальных стран, Украины например. Но поскольку Россия возомнила использовать эту дату ради удовлетворения своих великодержавных   амбиций, приходится вытаскивать на свет Божий неприглядные для нее факты. И пусть кремлевские тролли верещат сколько угодно – не я начал эту пляску на костях.

Пусть меня извинят за москальскую мову,
Если в данном контексте она некрасива,
Но – мое восхищение городу Львову,
А точнее, конечно – свободному Львиву!
Украина! Где ныне надежды Майдана?
Над тобою глумится донецкая банда!
Эти гниды – детеныши вшей Магадана –
Вновь велят тебе чествовать флаг оккупанта.
Флаг расстрелов и пыток, флаг Голодомора,
Лагерей, депортаций, кровавого бреда,
Палачей и рабов, нищеты и позора,
Флаг бездарной войны и постыдной победы!
Чтоб у тех депутатов отсохли культяпки,
Чтоб родные плевались, заслышав их имя!
В Украине вывешивать красные тряпки –
Это хуже, чем свастики в Йерусалиме!
И ведь главное – все по закону, хоть режьте!
А в ответ – ни импичмента нет, ни волнений…
“Ще не вмерла…” в эфире звучит, как и прежде,
Но увы – вызывает все больше сомнений.
И в России, зашедшейся в рабском угаре,
Все довольнее лыбились хамские хари,
И ползли на парад недобитые твари –
Не солдаты (тех нет уже), а вертухаи.
Но львивяне не предали память народа
И пошли, наплевав на ментов и приказы,
Чтобы встать на пути коммунячьего сброда,
Чтоб сорвать этот шабаш червоной заразы!
И несладко досталось москальским агентам –
Отстоять свои фетиши коротки лапки!
И валялись в грязи их фальшивые ленты,
И пылали по городу красные тряпки!
Пусть теперь пропаганды казенные жерла
Изрыгнут “хулиганы!”, кремлевским в угоду –
Слава хлопцам, что впрямь доказали: не вмерла!
Есть кому заступиться за честь и свободу!
Нет, не все еще в жизни решает парламент!
Если с ними законы, но правда – за вами,
Значит, надо идти, наплевав на регламент,
И сразиться с совками не только словами!
Затолкайте им в глотки их цацки и флаги!
Превратите их идолов в прах и руины!
Чтобы те, кто мечтает о новом ГУЛАГе,
И ступить не могли по земле Украины!
И пускай подводить еще рано итоги,
И у власти в столице – все та же орава,
Но сегодня во Львиве был день перемоги!
Коммунякам – гиляку! Героям же – слава!
Юрий Нестеренко

April 5, 2015 Posted by | 2. pasaules karš, kara noziegumi, KGB, PSRS, Vēsture, čekisti | Leave a comment

No boļševiku terora izbēgušie

 40 gadus nodzīvot izolētiem necaurejamā Sibīrijas taigā, lai glābtos no boļševiku terora
Raksts krievu valodā. (Gugles tulkotājs atrodams šeit)

Поразительная история сибирской семьи, которая 40 лет не видела других людей

Дарья Золотых  http://www.factroom.ru/world/lykov-family

В настоящее время сибирская глушь — по-прежнему одно из самых изолированных мест в мире.

Сибирская тайга — труднодоступная и малообитаемая часть планеты

Сибирская тайга, ее резкий холодный климат сильно препятствуют заселению этой местности. Крутые холмы и сложный рельеф местности делают ее труднодоступной и малопригодной для проживания. Там растут хвойные леса и березовые рощи, практически не тронутые человеком на протяжении веков. Медведи и лисицы бродят по лесу днем, а по ночам охотятся волки. Среднегодовая температура — минус пять градусов по Цельсию. Протянувшись с востока на запад от Тихого океана до Уральских гор и с севера на юг от Арктики до границ с Монголией, тайга — крупнейшая из почти необитаемых областей Земли.

Неожиданная находка геологов

В 1978 году группа советских геологов была отправлена для изучения самой труднодоступной и изолированной части этого региона. Пролетая над тайгой на вертолете, они увидели то, что поначалу им показалось совершенно невозможным, — поляну с садом, четкое доказательство человеческого присутствия.

Они были почти в 260 километрах от ближайшего населенного пункта. После приземления геологи решили исследовать эту местность на свой страх и риск. Позже геолог Галина Письменская рассказывала, что они «оставили подарки в пакетах для наших потенциальных друзей», регулярно проверяя, на месте ли пистолет.

Продолжив поиски, они нашли и другие следы присутствия человека: деревянный посох, мост через ручей, а потом увидели хижину и осторожно подошли к ней. Импровизированная дверь со скрипом отворилась, и оттуда вышел старик в рваной одежде с неопрятной длинной бородой. Несмотря на «страх в его глазах», старик тихо сказал: «Ну, раз вы прошли так далеко, добро пожаловать».

Старообрядцы

Увиденное поразило геологов. Жилище было похоже на избушку, пол усыпан картофельной кожурой и сосновыми шишками, все было в грязи. Когда они рассмотрели тускло освещенную хижину, обнаружилось, что это дом для семьи из пяти человек — отца и четверых детей, двое из которых начали плакать при виде незнакомых людей.

Как рассказали геологи, старик Карп Лыков когда-то жил в населенной части России. Он был членом фундаменталистской секты, известной как «старообрядцы». Называлась она так потому, что их способ поклонения Богу не менялся с 17-го века. Старообрядцы подвергались преследованиям в России на протяжении веков, еще до Октябрьской революции. Секта возникла во времена правления Петра Великого в конце 17-го и начале 18-го веков, и старообрядцы, которые обязаны носить бороды, были вынуждены платить налог на волосы на лице.

В полной изоляции посреди непроходимой тайги

Во времена советской власти Карп решил, что пора уходить в какой-нибудь малонаселенный город в Сибири. В 1936 году во время работы в поле его брата застрелили прямо у него на глазах. Карп сразу же схватил свою семью, которая в то время состояла из жены, сына Савина и двухлетней дочери Натальи, и скрылся в сибирской тайге.

В тайге у Карпа и его жены Акулины появилось еще двое детей, Дмитрий и Агафья, которые до встречи с геологами никогда не видели других людей, кроме членов своей семьи. Все, что они знали о цивилизации, дети получили от своих родителей. Они учили их читать и писать с помощью старинной Библии.

Семья ничего не знала о мире после 1936 года, в том числе о Второй мировой войне. Каждый член семьи научился обеспечивать себя, используя только те ресурсы, которые можно получить в глухой тайге.

Когда дети выросли, они стали охотниками и собирателями. Дмитрий, например, научился убивать животных без оружия. Он делал это, выкапывая ловушки и преследуя животных до тех пор, пока они не падали от истощения.

Семье стало значительно тяжелее, когда, приблизительно в 1961 году, скончалась от голода Акулина. Теперь семья состояла из отца и четверых детей, борющихся за выживание.

Геологи и дальнейшая судьбы Лыковых

Понимая, насколько их присутствие может быть травмоопасно для психики детей (ведь они никогда раньше не видели других людей), геологи вышли из избы и разбили лагерь неподалеку. Вскоре семья привыкла к ним, Карп и дети стали подходить к ученым, сначала со страхом и любопытством.

Карп Лыков
Карп Лыков (слева)

Они отказались от всего, что подарили им геологи, в том числе от одежды, еды и хлеба. Карп объяснил, что его младшие дети хлеб никогда даже не видели. Геологи рассказали им о том, что произошло в мире после 1936 года, и показали современные вещи. Увидев целлофан, Карп воскликнул: «Господи, надо ж такое придумать — это стекло, но оно мнется!» Телевизор их напугал и одновременно привел в восторг. В свою очередь члены семьи рассказали геологам, как выжить в сибирской тайге и как вырастить урожай в таких суровых условиях.

Геологи продолжали обследовать тайгу, сосуществуя с семьей в течение нескольких лет. Иногда учёные пытались убедить Лыковых вернуться к цивилизации, но они отказывались. Осенью 1981 года трое из четырех детей (Дмитрий, Наталья и Савин) скончались в течение нескольких дней, двое от почечной недостаточности и один — от пневмонии. Геологи предложили перевезти заболевших в больницу, но их предложение было решительно отвергнуто.

После этой трагедии геологи еще не раз попытались убедить Карпа, теперь уже старого человека в возрасте далеко за 80 лет, и его младшую дочь Агафью переехать в ближайшую деревню. Они по-прежнему отказывались. 16 февраля 1988 года, спустя 27 лет после смерти жены, Карп скончался во сне, оставив Агафью одну. Переезжать куда-либо она не захотела. Насколько известно, она и по сей день живет в непроходимой сибирской тайге.

Агафья Лыкова
Агафья Лыкова

April 2, 2015 Posted by | boļševiki, pretošanās, PSRS, Vēsture | 1 Comment

Uz kauliem būvētais Kolimas ceļš – elle zemes virsū

Raksts krievu valodā. (Gugles tulkotājs atrodams šeit)


Колымский тракт или дорога на костях, ведущая в земной ад

Колымский тракт или дорога на костях, ведущая в земной ад

 В русских лагерях ГУЛага погибло более 12 миллионов «врагов народа». Людей заставляли строить автотрассу, которая для многих стала местом покоя. Эта дорога ведет в самое сердце сталинского государства. А рядом – редкие деревья, за которыми можно рассмотреть и сам лагерь.

Всех жертв сталинской репрессии помещали именно сюда. Относились к ним, как к рабам. День за днем они трудились и гибли на строительстве Колымского тракта. Эта дорога еще именуется, как «дорога на костях», соединяющая Хандыгу и Магадан.

Обветшалый и разрушенный временем деревянный барак располагается посреди болота. Более пол века не пощадили конструкцию: крыша обвалилась, стены перекошены. Глядя на это ветхое сооружение можно представить, что в адских условиях тут отбывали свой срок миллионы заключенных, а также о самой истории этого края. Окно до сих пор преграждает ржавая решетка, через которую на волю смотрели миллионы глаз сталинских «врагов народа». А печка – единственный способ согреться лютой зимой.

Заключенные выживали, как могли: кое-где до сих пор вокруг дверного косяка торчат старые тряпки, которыми затыкали щели. От ворот ведет забор из колючей проволоки. Те люди, которые окончили свои жизни во время строительства трассы или тех, кого неизбежно, еженощно, расстреливали охранники, а также тех, кого скосил голод, хоронили прямо под строящейся дорогой.

Человеческие останки – фундамент для этой трассы. Ее протяжность ровняется 1600 километрам. Шансов на побег людям не давала как отдаленная территория, так и голодные медведи этой глуши. Сталина жители России почитают, как того, кто привел людей к победе во время Второй мировой войны. Ужасно обнаруживать доказательства существования подобных лагерей, в которых, как гласит одна поговорка, половина людей сидела, а вторая половина их охраняла.

После смерти Сталина, Никита Хрущев принял все меры для того, чтобы покончить с деспотией бывшего руководителя. Поэтому в 1950 годах большая часть подобных лагерей была закрыта. Стоит отметить, что на сегодняшний день Хандыга обязана своим существованием ГУЛагу, поскольку поселок появился после  того, как в 1939 году на этой территории появились первые лагеря. Сегодня Хандыга представляет собой запущенный поселок, находящийся на грани упадка.

Местные жители не хотят вспоминать о прошлом, даже не возведен памятник в честь жертвам ГУЛага на территории. Правда, был один частный музей, но и он не так давно закрылся. Альбина Николаевна, преподаватель истории в местной школе, говорит, что примерно 800 тысяч человек прошло по «дороге на костях» в лагеря. А сама же дорога строилась, чтобы пролетарское государство имело возможность добывать драгоценный металл – золото. Естественно, оно также добывалось заключенными.

57-летняя преподавательница рассказывает, что в самом начале планировалось строительство железной дороги, но из-за начала войны планы поменялись, и началась стройка трассы. Так, в 1941 году и начались адские работы. Вначале работали политические заключенные, но очень скоро к ним присоединились те, кто был на территориях, оккупированных немецкими захватчиками.

Были там и простые граждане, которые осмелились выступать против программы Сталина, защищая свои земли и свое хозяйство. Были среди них и преступники. В те времена можно было получить срок в 10 лет только за воровство. Заключенные трудились как на стройке дороги, так и на рудниках. Последним приходилось намного тяжелее, поэтому и погибали они огромными количествами.

Условия труда были просто ужасными: зимой температура опускалась до 60 градусов по Цельсию, а летом достигала 40 градусов жары. Помимо погодных условий трудностей хватало: рабочий день длился 15 часов, питание было жалкое: пустая каша да кусочек хлеба. Люди умирали от голода. Да и антисанитария была ужасная, поскольку лагеря окружали одни болота.

Неподалеку от Хандыги, на восток, в 60 километрах, есть поворот на село под названием Тополиное. В этом месте располагается не меньше дюжины подобных лагерей. Был там и один женский. В 1951 году заключенные построили мост через реку Менкуле. Его заменили на новый в 2008 году. Рядом с мостом можно увидеть монумент в виде креста, который установили в честь российских мостостроителях 1937 – 2008 годов. Однако нигде не упоминается о лагерях.

По «дороге на костях» можно добраться в поселок под названием Теплый Ключ. В этом поселке есть небольшой музей, повествующий о лагерях. Есть и карта, на которой отслеживается строительство таких лагерей во времена правления Сталина. Только представьте: 6000 человек было заключено в подобных местах в 1930 году. А вот уже на момент смерти Сталина, в 1953 году, заключенных насчитывалось примерно 12 миллионов. Силами зеков возвели и сам поселок Теплый Ключ, и маленький аэропорт, который служил американцам, поставляющим российской армии воздушную военную технику во времена Второй мировой войны.

Можно сказать, что Магаданская трасса – самое крупное кладбище. Ежедневно во время строительства погибало минимум 25 человек. По сей день на поверхности появляются человеческие останки. Работники музея делают все возможное, чтобы сохранить хоть какую-то память об этих несчастных людях. Стоит отметить, что в работе принимали участие не только взрослые, но и дети 12 лет. Хранительница этого музея, Надежда Наерханова говорит, что ее дед работал охранником на одном из лагерей. Дед не особо любил рассказывать о тех временах, но постоянно упоминал о том, что эти места были хуже ада: люди мучились не только от холода, но и от голода.

http://globalscience.ru/article/read/25926/

February 9, 2015 Posted by | 58.pants, gulags, nāves nometnes, PSRS, REPRESĒTIE, Vēsture | Leave a comment

%d bloggers like this: